Колодец обнаружился в самом дальнем углу двора, среди крапивы и осоки. Рычаг давно сгнил. Кладка раскрошилась, утопла в земле и заросла мхом. Ради безопасности, чтобы никто случайно не провалился, яму накрыли сбитой из дубовых досок крышкой. Какой-то шутник, и я даже догадывался кто, прикрепил на нее несколько нарисованных на бумаге бранных рун — наверняка Вэй посмеялся над Баожэй, запечатав таким образом вход в «Диюй».
Странно, что колодец и вовсе не засыпали.
Или же нет, если предположить, что здесь заканчивался ведущий из Дворца тайный ход.
Я сел в позу медитации. Мне не сразу удалось сконцентрироваться, словно что-то мешало. Рассеивающий внимание амулет? Или рядом слишком много людей? Одно нетерпеливое сопение Хуошана над ухом чего стоит!
Наконец я поймал звучание окружающего мира. Шелест листьев и шуршание травы. Ток сока по стеблям. Устремился к корням, уходившим все глубже и глубже в землю.
Внизу и впрямь что-то было. Полость, достаточно большая, чтобы не спутать ее с кротовьей норой, и длинная, а потому не похожая на подвал.
— Помоги мне!
Крышка оказалась увесистой: мы с трудом смогли отвалить ее в сторону. А я-то еще удивлялся, почему Баожэй с ее непоседливым характером не отправилась в «Диюй» охотиться на демонов — ей просто не хватило сил.
Я заглянул в колодец, но не сумел разглядеть дно: похоже, именно здесь Хозяйка Ночи прятала в дневные часы свой плащ. На стене, под слоем мха, что-то блеснуло. Скоба? Похоже, моя догадка насчет тайного хода оказалась верной.
Но чтобы убедиться наверняка, придется спуститься.
— Теперь-то ты объяснишь, какие демоны укусили тебя за зад? — потребовал Хуошан, отвлекая меня от раздумий.
— Позже.
— Все ясно. Не хочешь, чтобы я лез в ваши с Вэем секреты!
Хуошан ткнул мне в нос кулак с зажатым в нем бумажным заклинанием. Конечно, он узнал почерк белобрысого и сделал соответствующие выводы. Параноидальная неприязнь к первому ученику уже начинала бесить!
— Да при чем здесь Вэй? — не сдержался я, понизил тон: — Мне нужно добраться до Кристалла.
— Кристалла? — удивленно переспросил Хуошан. — Ты имеешь в виду тот самый Кристалл?
— Тише ты, придурок! — зашипел я на него, с испугом оглядел пустой двор. — Хочешь, чтобы тебя услышал весь Дом?
— Кажется, у меня в ухе что-то застряло, — Хуошан демонстративно почесал мочку. — Мне показалось, или ты решил залезть в хранилище?
— Я хочу добыть кристаллизованный фохат. Он пригодится нам на горе Тяньмэнь. Да, я понимаю, что собираюсь нарушить с десяток правил Дома. Да, я не знаю, что с нами сделают, если поймают. Да, это очень опасно. Ты со мной?
— Конечно. Прямо сейчас?
Я огляделся, подумал, покачал головой.
— Лучше ночью. Меньше шансов, что кому-то из старейшин приспичит спуститься в хранилище. Да и нас никто не хватится до утра.
Мы сдвинули обратно крышку и направились к выходу со двора.
— Свет, вода, веревка… Надо подумать, что еще понадо…
Я осекся, обнаружив стоявшего у ворот Шу.
— Даже если свинью из жалости возьмут в великий Дом, она все равно останется свиньей. Снова роетесь в мусоре, убогие?
Гаденышу позволили вернуться в деревню? Не было печали! Я огляделся, чтобы понять, крысюк один или его вечный подпевала Танзин где-то неподалеку.
— И чего вы искали на этой помойке? Чем оплатить завтрак?
— Ты!.. — взревел Хуошан.
На всякий случай я взял друга под локоть, удерживая: вокруг слишком много людей, к тому же драка привлечет совершенно ненужное нам сейчас внимание мастеров. Не хотелось бы схлопотать наказание навроде той тли, которую в прошлый раз посадил на Быкоголового Тэнг Бинь.
— Не обращай внимания! Он только тявкать и может.
— Что могу я, вы, гнилые шипы, увидите на горе Тяньмэнь.
Крысюк не был бы самим собой, если бы не постарался устроить пакость напоследок или хотя бы оставить за собой финальное слово.
— Если, конечно, сумеете туда попасть.
— Надеюсь, я не сломаю себе ноги, — пробурчал Хуошан, с недоверием вглядываясь вглубь старого колодца. — Или шею.
Ночью двор старухи Мо выглядел еще сиротливее и запущеннее, чем днем. Если тут и водились призраки или демоны, сегодня они предпочли не показываться на глаза. Небо заволокло тучами, спрятав луну и звезды. Накрапывал мелкий дождь, который в данной ситуации был нам только на руку.
— Ты собрался туда прыгать? — скептически поинтересовался я у друга.
— Только после тебя, — огрызнулся Хуошан чуть громче, чем следовало бы.
— Не ворчи. И говори потише, — шикнул я на него, озираясь: на противоположной стороне улицы мелькнула чья-то тень, а может, просто показалось. — Не хватало, чтобы с дороги услышали голоса и зашли проверить, кто ошивается в заброшенном дворе.
— Кому нас тут подслушивать? Главе Фухуа? — отмахнулся Хуошан. — Хотел бы я взглянуть на бездельника, который будет шастать по деревни среди ночи, да еще в непогоду.
— Спереди бойся волка, а сзади — тигра.
— Душнила.
