Саня задержался взглядом на губах Леди. Стараясь выровнять дыхание и придать себе уверенности, он развернул ладонь, поймав запястье женщины, и второй рукой скользнул по её обнаженному предплечью, склоняясь ближе. Пальцы Леди вдруг стали быстрыми и жёсткими, извернувшись и сжав его запястье с неженской силой. Улыбка утратила тепло, превратившись в насмешливый оскал. Собеседница мощным коротким рывком подтянула Саню ближе, едва не уронив со стула, но в этот момент раздался голос Мрака. И в нём было столько напряжения, что возбуждение мгновенно схлынуло с Саньки, оставив после себя страх.
— Леди, не надо! — произнёс наёмник, стремительно приблизившись к ним. Лицо его было бледным и взволнованным. За плечом замер Тень, с искренним недоумением оглядывая открывшуюся сцену. Будто решал, хмуриться ему или смеяться. Обидное веселье на его физиономии преобладало. Остановившись у стула Леди, но не предпринимая ни одной попытки коснуться её, Мрак заговорил тише и ровнее. — Пожалуйста, не надо. Это мой ученик. Я не знаю, что этот дурень наговорил тебе, но, уверен, мы всё сможем прояснить.
По спине Саньки пробежал озноб. Угрозы в тоне наёмника не было, но он отчётливо понял, что совершил очередную ошибку. В неотвратимости возмездия сомневаться не приходилось. Испуганно взглянув на Мрака, Санька почувствовал, как пальцы женщины разжались, освободив его конечность. Леди вновь откинулась на спинку стула, закинув ногу на ногу, и, с прищуром взглянув на Мрака, томно произнесла:
— Да ничего он, собственно, и не наговорил. Пока. Предложил мне поработать. За твои деньги, видимо. Как, Мрак, потянешь? Может, замутим
Бледность лица наёмника стала ещё отчетливее.
— Он не виноват, Леди. Это я недосмотрел. Не объяснил. Не предупредил. Хочешь спросить — спроси с меня. Не надо его трогать.
— Уймись, брат, я Кодекс помню, — фыркнула Леди, складывая руки на груди, и тут же перевела взгляд. — Мне показалось, ты ушёл думать, Тень.
— Ушёл, — согласно кивнул тот, пытаясь не смеяться. — На улице встретил Мрака, рассказал, у него появилась пара идей. Решили сразу обсудить.
— Ну, так давайте обсуждать, — Леди развернула стул, села ровнее и приглашающим жестом обвела пространство. Но, не сдержавшись, добавила. — А парню неплохо бы девочку пригласить, Мрак. А то как бы он не лопнул от… впечатлений.
Мрак отмахнулся, зыркнув на Саньку, но тому предупреждений не требовалось: сжавшись на стуле, он отвернулся от наёмников и Леди, вновь сосредоточившись на опостылевшем пиве.
— Что я сделал не так, Мрак? — рискнул уточнить Саня, когда они ехали по загородному шоссе в направлении дома. — Я по твоему лицу вижу, что нарвался на очередную трёпку, но не понимаю, за что.
Наёмник покачал головой, и потом и вовсе махнул рукой, раздражённо скривившись.
— Никакой трёпки не будет, не нервничай. Ты не виноват. Я тебя не предупредил. Леди — моя сестра, Сань. Не родная. Мы побратались. Но люблю я её так, будто у нас вправду кровь общая.
— Я… не хотел обидеть, — начал Санька, одновременно удивляясь наличию у Мрака таких связей и внезапной откровенности.
— Ты и не обидел. Слава Богу. Не успел. Леди — наёмница. Одна из лучших среди нас. Характерец у неё, правда, не сахар. Обычно попытки подкатить к ней плохо заканчиваются. Но, судя по всему, ей самой доставила удовольствие игра. Только, пожалуйста, впредь будь с ней осторожнее. Она злопамятна. И ничего не спускает. Мне бы не хотелось ссориться с сестрой.
Утро следующего дня началось с боли. Её первые отголоски настигли Саньку, когда он попытался потянуться. Через мгновение оказалось, что это ещё цветочки: встать с кровати не удалось, получилось только неловко скатиться. Адски ныли мышцы спины. Ноги и вовсе отказывались выпрямляться. Зря он вчера проигнорировал совет насчёт горячего душа. Санька привык мыться прохладной водой, в его квартире она толком и не нагревалась. Он поковылял в ванную, прикидывая, будет ли процедура целебной сегодня.
Мрак встретил его в холле, с улыбкой окинул скрючившееся тело взглядом и ехидно заметил:
— Я так понимаю, советы впрок не пошли?
— Доброе утро, Мрак, — хмуро пробурчал Саня в ответ, не желая признаваться в беспечности.
Наёмник ухмыльнулся и с прежней интонацией произнес:
— Ладно. Не спеши там. В душе. Завтрак на мне сегодня. И, так и быть, пощажу тебя немного: урежем тренировку.
Санька, ожидавший слов об отмене, не сдержавшись, застонал.
— Ну, а как ты думал, — откровенно веселясь, поддел его Мрак, — денёк поработал — три отдыхаешь? Так у тебя вечно будет всё болеть. Давай, шевелись. Потом прокатимся.
