В домике было пусто, и собирались мы в тишине. Немилосердно трещала голова, и глаза удалось продрать с огромным трудом. Дело было даже не в вине, выпила я вчера всего пару глотков. Но вот уже несколько лун мне не удавалось нормально отдохнуть между заказами, весной и летом их всегда было много. Порядком вымотавшись, я рассчитывала взять передышку хотя бы на пару дней, чтобы нормально отоспаться и прийти в себя. Но не вышло.
Далеку, похоже, было еще хуже, чем мне. Он страдальчески морщился от каждого громкого звука. Пьянило наше яблочное вино не сильно, но если перебрать, похмелье от него бывало очень жестокое. Соня смотрелась куда бодрее, но почему-то старательно избегала. Вот уж задалось утро, нечего сказать.
Лошадей я обнаружила привязанными около дома. Кто-то неведомый озаботился тем, чтобы привести из табуна, и я была ему за это бесконечно признательна. Рядом с моим Арканом и уже знакомой серой Мышкой стояла очаровательная белая кобылка с темной гривой и чудесными, цвета лесного ореха, глазами.
– Эту красотку тебе выделили? Как зовут? – спросила я Далека, указывая на лошадь. Он кивнул, старательно сохраняя невозмутимое лицо, но голос его выдал.
– Чайка. – Хрипло произнес он с глухой тоской. Во мне неожиданно шевельнулось сочувствие.
– Хочешь, рассола у соседей попрошу? Полегчает.
Колдун молча помотал головой и с протяжным вздохом забрался в седло. Только тут я заметила, что сумок у него нет. При этом рубашка на нем новая и по размеру. Но разбираться в ситуации я решила позже, когда будет не так тошно.
Мы едва успели выехать за околицу селения, когда меня окликнул знакомый голос. Оглянувшись, я удивленно почесала затылок. Мама стояла около ограды и жестом подзывала к себе. Ничего хорошего это мне не сулило, но я все-таки приблизилась.
– Что случилось? – Интересно, зачем нужно было подкарауливать меня здесь, если можно было просто вернуться домой? – Извини, что так быстро уходим, но нам правда пора ехать.
– Листа, послушай меня минуту, пожалуйста. Не перебивая? – очень серьезно попросила мать. Я озадаченно глянула на нее. Появилось подозрение, что мне напоследок собираются опять прочитать нотацию.
– Мама, может не сейчас? – сил ссориться не было никаких.
– Я прошу тебя! Пожалуйста! – с нажимом повторила она. Я удивилась, таким тоном она говорила очень редко. Мама тем временем продолжила. – Тебе нельзя туда ехать. Останься.
Ну вот, все как я и опасалась.
– Куда “туда”, мам? – переспросила я с плохо скрываемым раздражением.
– Туда. Ты не говорила, куда вы направились, но…
– Я и не могу сказать! Нам запрещается, и я уже не раз…
– Я знаю! – ее голос на секунду сорвался.
– Мама, в чем дело? Что-то случилось? – спросила я прямо. Времени отгадывать загадки не было, но и уйти, не разобравшись, я не могла. Мамино поведение было странным. Она часто провожала меня с недовольным выражением лица, советовала подумать о будущем, мы регулярно ругались перед моим отъездом. Но ни разу она не просила меня остаться с таким отчаянием в голосе.
– Нет. – Тихо сказала она и посмотрела мне в глаза. Это не было уловкой. Она искренне верила в то, что говорит. – Но у меня очень плохое предчувствие. Мне кажется, ты не вернёшься.
Я замерла. К маминым предчувствиям стоило прислушиваться. Я не знала, есть ли у нее способности мага, да и никто не знал, она не проходила обряд выбора пути. Но интуиция ее никогда не подводила.
– Что должно случиться? – прошептала я. Наемники суеверны и я, к сожалению, не исключение. – Меня ранят? Убьют?
– Я не знаю. – Грустно ответила она. – Мне сегодня всю ночь снилась какая-то сумятица, ничего не разобрать, но при этом я понимала, что ты… ушла. – Последнее слово она произнесла так, что было ясно, речь не об очередном выезде на задание.
– А что говорит Зэв? Ты к нему ходила? – так повелось, что к нашему лекарю бегали не только с зубной болью и ячменем на глазу, но и со всякими нехорошими предчувствиями и вещими снами тоже. А уж он либо успокаивал и советовал меньше жрать на ночь, либо подтверждал, что да, все действительно паршиво. Откуда он это знал, было неведомо, но он знал.
– Ходила. – Мама сердито поджала губы и замолчала.
– И? – поторопила я ее.
– Он сказал, что все будет отлично и тебе как раз-таки обязательно надо ехать. – Она помотала головой и передразнила лекаря – “Не волнуйся зря, Аэла, у Ветки всегда все будет нормально”. Но я же чувствую…
– Тогда я еду, мама. – Я шагнула к ней и порывисто обняла. Мне Зев никогда такого не говорил. На душе сразу полегчало. – Прости. Я уже взяла заказ и не могу бросить этих двоих. Но я обещаю быть осторожнее.
– Хорошо. – Она на секунду стиснула мои плечи и, отпустив, погладила меня по голове. – Я надеюсь, вы хотя бы не на запад? Купцы говорили, что там недавно видели кархов.
Ох… И снова ничего хорошего. Я сочла за благо промолчать. Кивнула, обняла ее еще раз и побежала к своим спутникам. Нам предстояло ехать на юго-запад, так что может быть обойдется.
