— Может, это не ловушка, а гостеприимство?
— Тогда где мини-бар?
— Действительно.
Выбраться оказалось просто — Василий подбросил Бориса вверх, кот ухватился за край ямы, а затем вытянул хозяина с помощью одного из гобеленов, не забыв про комментарий:
— Ладно, теперь я официально твой спаситель. Напоминаю, что мой гонорар — две рыбки в час.
— А если я не знаю, где взять рыбу?
— Тогда отрабатывать будешь почёсываниями за ухом.
Василий вздохнул, но промолчал. В конце концов, если у него и оставалось хоть что-то, кроме потерянной памяти, так это кот с непомерными аппетитами.
Коридор наконец привел их к массивной дубовой двери, украшенной бронзовыми шипами в форме вопящих лиц. Василий уже собирался толкнуть ее плечом, когда дверь сама распахнулась с жутким скрипом, открывая круглую комнату, напоминающую тренировочную арену для особенно кровожадных гладиаторов.
Стены были испещрены глубокими царапинами от когтей и заляпаны чем-то темным, что Василий предпочел не идентифицировать. В центре, на грубо сколоченном пне (видимо, вместо трона), восседал огромный рогатый демон с топором размером с дверь. Его глаза пылали адским огнем, а из ноздрей вырывались клубы серного дыма.
— КТО ПОСМЕЛ НАРУШИТЬ ПОКОЙ СВЯЩЕННОГО… — начал он громоподобным голосом, но вдруг замолк, заметив Бориса.
Кот уставился на демона с невозмутимым видом, будто оценивая его на предмет удобства для лежания. Демон замер, его горящие глаза вдруг наполнились теплым сиянием, а топор с грохотом упал на пол.
— …Котик? — его голос внезапно стал на две октавы выше.
— Мур, — Борис вильнул хвостом, делая вид, что случайно трется о копыто демона.
Через минуту грозный страж уже сидел на полу, умильно чесал Борису за ухом и бормотал:
— А кто у нас самый пушистый? Кто самый мурчательный?
Василий только покачал головой, наблюдая, как некогда грозный демон тычется мордой в кошачий живот.
— Ты просто унижаешь всех демонов одним своим существованием, — заметил он.
— Это не моя вина, что даже среди демонов есть кошатники в душе, — флегматично ответил Борис, переворачиваясь на спину, чтобы демон почесал и там.
В итоге охранник сам проводил их к потайной двери, сунул Борису медальон с гравировкой «Самый лучший демонский друг» и даже махнул вслед платочком, смоченным в чем-то подозрительно похожем на слезы.
Новый коридор привел их к узкому подвесному мосту, перекинутому над зияющей пропастью, откуда доносились душераздирающие стоны. На другом конце виднелась массивная дверь с криво прибитой табличкой «Выход (возможно)».
— О, классика! — Василий шагнул на скрипучие доски.
Тут же из темноты вылетели десятки окровавленных кинжалов, свистя смертоносной мелодией. Борис ловко увернулся от первого лезвия, и они бросились вперед, петляя между летящими клинками, как герои дешевого боевика. Василий поскользнулся на луже чего-то липкого и инстинктивно схватился за один из кинжалов, вонзившихся в перила. Дерево треснуло, мост затрясся и с жутким скрипом рухнул в пропасть.
Но вместо ожидаемого падения они мягко опустились на огромный батут, натянутый внизу. По периметру красовалась неоновая вывеска: «Прыгай веселее! Смерть подождет!»
— Серьезно? — Василий отряхнулся, выныривая из батутного покрытия.
— Может, это тренировочная зона для демонов-новичков? — предположил Борис, подпрыгивая. — Типа, «курс молодого палача».
— Кто знает, Боря... кто знает...
Дверь за батутом привела их в небольшую комнату, целиком выложенную черными зеркалами. В центре стояло одно — огромное, в резной раме, испещренной демоническими рунами. Василий скептически разглядывал надпись:
«Только тот, кто признает свое истинное желание, пройдет дальше».
— Опять эти дешевые демонические психологические тесты, — фыркнул Борис. — Надеюсь, там хотя бы нет навязчивой рекламы.
Но стоило им приблизиться, как зеркало затянулось дымкой, а затем в нем проступили образы. Василий с недоумением рассматривал свое отражение — он стоял на складе, заваленном банками с надписью «Лакомство для повелителей тьмы».
— Что за бред?! — возмутился он. — Я вообще-то адвокат!
В его голове прозвучал спокойный голос:
— Истинное желание не связано с имиджем.
Тем временем Борис с интересом разглядывал свое отражение — он восседал на троне из тысяч демонов, которые чесали ему живот и хором мурлыкали гимны, в то время как один особенно рьяный бесенок подавал ему виноград, как античному императору.
— Ну, это более-менее правдоподобно, — заметил Василий.
Внезапно зеркало треснуло с громким звоном, пропуская их дальше.
— Почему оно сломалось? — удивился Борис.
— Наверное, не выдержало твоего самомнения, — вздохнул Василий, шагая в образовавшийся проход.
— Или просто осознало, что мои желания слишком велики для этой вселенной, — важно заключил кот, следуя за ним.
