Помню, как, выйдя из челнока в космопорту Пилек-Боу, я посмотрел на белый пик Дедушкиного уступа и подумал о том, что слишком много времени провел на Корусанте.
Каким же я был дураком.
Как и говорила Депа: слепым, глупым, высокомерным дураком.
Я боялся узнать, насколько здесь все плохо, но даже худший из моих страхов оказался далек от реальности.
Я не могу…
Я чувствую, как приближается мой световой меч. Продолжу позже.
ИЗ ЛИЧНОГО ДНЕВНИКА МЕЙСА ВИНДУ
Кар пришел к палатке Депы якобы обсудить завтрашний переход, прежде чем она отойдет ко сну. Я подозреваю, что его истинной целью было увидеть, как себя чувствую я.
Надеюсь, увиденное его удовлетворило.
Этим утром я спросил у Депы, почему она не уехала, когда сепаратисты отступили к Джеварно и Опари. Почему даже сейчас она так хотела остаться, не принуди я ее к сотрудничеству.
— Война здесь не окончена. Разве джедай может просто уйти? — Ее приглушенный голос лился сквозь занавески. В этот раз она не пригласила меня внутрь, а я не стал выяснять причину.
Боюсь, она в таком состоянии, что нам обоим не хотелось бы, чтобы я ее сейчас видел.
— Сражаться после того, как битва окончена, — не для джедая, — сказал я ей. — Но для тьмы.
— Война не имеет отношения к свету или тьме. Лишь к победе. Или смерти.
— Но ты уже здесь победила. — Я подумал о ее словах в том странном сне наяву. О ее ли словах или словах Силы — я не знал.
— Я — возможно. Но оглянись: ты видишь перед собой армию победителей? Или жалких беженцев, тратящих последние силы на то, чтобы не стать обычными висельниками?
Я испытываю к ним огромное сочувствие: к их страданиям и отчаянному сопротивлению. Я никогда не забываю, что лишь из-за удачи, желания джедаев-антропологов и выбора неких старейшин гхоша Винду моя судьба отличается от их.
На месте Кара Вэстора запросто мог бы оказаться я.
Но я не сказал ничего из этого Депе: моя цель здесь никак не связана с размышлениями над водоворотами в бесконечной реке Силы.
— Я понимаю их войну, — сказал я ей. — И прекрасно понимаю, почему они сражаются. Мой вопрос в другом: почему до сих пор сражаешься ты?
— Разве ты не чувствуешь?
И когда она это произнесла, я почувствовал: безжалостная пульсация страха и ненависти в Силе, та же, что я чувствовал в Нике, Мел, Беше и Леше, в Каре, но многократно усиленная, словно джунгли стали резонатором планетарного масштаба. Коруннаев заставляла продолжать сражаться ненависть, казалось, что целый народ мечтал лишь об одном: чтобы у балаваев был единый череп, который смогла бы размозжить коруннайская булава.
Она сказала:
— Да, наша битва выиграна. Их — продолжается. Она не закончится до тех пор, пока хотя бы один из них жив. Балаваи не перестанут приходить. Мы использовали этих коруннаев для собственных нужд и добились, чего хотели. А теперь я должна их бросить? Оставить перед лицом геноцида, потому что они нам более не нужны? Это мне приказывает Совет?
— Ты предпочитаешь остаться и сражаться в чужой войне? Последовал пылкий ответ:
— Они нуждаются во мне, Мейс. Я их единственная надежда.
Но эта горячность моментально испарилась, и речь ее вновь превратилась в измученное бормотание:
— Я совершала… разные вещи. Спорные вещи. Я знаю. Но я видела такое… Мейс, ты даже представить не можешь, что я видела. Ужасное, как оно есть. Ужасное, как я сама… Посмотри в Силе. И ты почувствуешь, насколько хуже все могло бы быть. Насколько хуже все будет.
С этим я спорить не мог.
— Оглянись. — Голос ее наполнился печалью. — Подумай обо всем, что видел. Это маленькая война, Мейс. Небольшая серия ничего не значащих стычек. До того, как Республика и Конфедерация вмешались, это было фактически спортивным состязанием. Но смотри, что теперь стало с людьми. Представь, что война сделает с теми, кто никогда не знал ее. Представь пехотные бои на полях Алдераана. ТОКО, бьющие по космоскребам Корусанта. Представь, во что превратится Галактика, если Войны клонов примут серьезный оборот.
Я возразил, что они уже таковы, но она лишь рассмеялась:
— Ты еще не видел серьезного оборота.
И я ответил, что смотрю на него прямо сейчас.
Теперь я думаю о клонах-солдатах на «Халлеке», о том, что своей безоговорочной смелостью и боевой дисциплиной они отличаются от этих оборванных убийц, как будто это совершенно разные расы… И я вспоминаю о том, что Великая армия Республики насчитывает одну целую и две десятых миллиона клонов. Как раз достаточно, чтобы разместить по одному солдату — одному-единственному бойцу — на каждой планете Республики и оставить в запасе буквально пару тысяч.
Если Войны клонов будут протекать так, как их, похоже, видит Депа, в них станут сражаться не только клоны, джедаи и боевые дроиды, но и обычные граждане. Обычные граждане, которые встанут перед жестоким выбором: умереть или стать подобными этим коруннаям. Обычные граждане, которым придется навсегда покинуть Галактику Мира.
Я лишь надеюсь, что теми, кто невосприимчив к Силе, война переносится легче.
Но подозреваю, что на самом деле все как раз наоборот.
