Постепенно трактир заполнился посетителями, среди которых встречались даже иностранцы, а затем чтобы публика не скучала, началась культурная программа. В противоположном от нашего стола углу, рядом с прилавком, заменяющим барную стойку, за которой восседал хозяин заведения, появился гусляр с двумя дудочниками, который довольно приятным голосом запел знакомую мне былину про князя Ингваря. Пел гусляр вполне достойно, но невольные ассоциации с его коллегой из Вереи подпортили впечатление. К счастью певец вскоре сменил репертуар и запел песню о битве Дмитрия Донского с татарами. Песня видимо была местным патриотическим хитом и вызвала среди присутствующих бурные восторги, после чего стоящая рядом с исполнителем миска для пожертвований стала наполняться мелочью. Я тоже решил поддержать работников искусства материально и одарил гусляра 'со товарищи' целой куной.
Мои бойцы, уяснив благодушное настроение начальства, тоже перестали сдерживать эмоции, и застолье начало набрать обороты. Через некоторое время обычно стеснительный Мефодий Расстрига не выдержал и попросил:
– Спой командир про воеводу, пусть знают наших!
Я уже находился в хорошем подпитии а, следовательно, в лирическом настроении, поэтому не стал запираться. Пока два скомороха лихо выписывали ногами кренделя под веселую мелодию, Мефодий шустро сгонял в наш номер за гитарой. Я настроил инструмент, после чего братья Лютые потолковали со скоморохами за жизнь и дал мне отмашку, что хозяева сцены не в претензии и можно начинать выступление. Еще со времен зимних посиделок в Верее у меня были заготовлены несколько адаптированных под нынешние реалии текстов песен, поэтому я, прокашлявшись, взял несколько аккордов и запел:
Тишина, воцарившаяся в зале, на этот раз меня не особо удивила, потому что мне уже приходилось сталкиваться с подобной реакцией на песни из будущего. Однако рев благодарных слушателей, который затем раздался, меня буквально оглушил. Бешеная популярность тоже имеет свои минусы, потому что все присутствующие пожелали лично меня обнять или хотябы похлопать по плечу. В результате проявления бурных восторгов моими талантами, поклонники фактически выбили из меня душу и едва не задушили в своих объятиях. К счастью гвардейцы быстро отбили меня у разбушевавшейся публики и не дали погибнуть во цвете лет. Пока я переводил дух, Павел Сирота залез на лавку и потребовал от присутствующих демонстрировать свои восторги в твердой валюте, а не рвать на куски его любимого командира. После этого заявления благодарные слушатели буквально засыпали наш стол серебром, после чего настойчиво потребовали продолжения концерта.
Деваться было некуда и я, накатив очередную стопку самогона, выдал вторую песню на патриотическую тематику, которая имелась в моем репертуаре:
