«Он сказал мне, что не желает иметь со мной ничего общего. Бесспорно, он помнил, что именно я поместил его в изолятор. Я заверил его в том, что он – мой друг и я желаю ему скорейшего выздоровления. Я ничего не хотел от него скрывать и объяснил, почему он находится один в изоляторе»24.
Не знаю, был ли Винсент привязан к кровати, когда они приходили его навещать. Паранойя и страх, о которых упомянул доктор Рей, будут периодически появляться у Винсента и после этого случая. Потом доктор Рей писал так:
«Когда я попросил его объяснить причины, по которым он отрезал себе ухо, он ответил, что у него были причины личного характера»25.
После этого доктор деликатно попытался узнать, что Тео планирует делать дальше:
«В настоящий момент мы лечим его ухо и не занимаемся его психическим состоянием. Рана заживает хорошо, и мы можем по этому поводу не волноваться. Несколько дней назад выписали свидетельство о психическом расстройстве»26.
Доктор Рей имеет в виду доктора Делона. Подписание такого документа было первым шагом, ведущим к заключению пациента в психиатрическую лечебницу.
В то время во Франции сознательно усложнили процедуру сдачи человека в сумасшедший дом, чтобы избежать ошибок. После подготовки документов из больницы мэр города должен был признать, что пациент «страдает от психического отчуждения». Только потом подавали прошение на перевод пациента в обслуживающую регион психическую больницу. Мэр просил полицию провести расследование27. Это был долгий процесс, замедлить или остановить который мог любой из его участников. Вот что доктор Рей предлагал Тео:
«Вы не хотите, чтобы Ваш брат находился в сумасшедшем доме поближе к Парижу? Есть ли у вас денежные средства? Если есть, то вы можете отправить вашего брата искать подходящее ему заведение, состояние здоровья позволяет ему путешествовать. Вопрос пока далеко не продвинулся, и его можно остановить, например, начальник полиции может отложить свое расследование».
Доктор Рей не критикует региональную психиатрическую лечебницу, но намекает, что в частном медицинском заведении Винсенту будет лучше. Последнее предложение (что процесс можно остановить) предупреждает Тео о том, что, если его брат попадет в сумасшедший дом, выйти оттуда будет уже непросто28.
В это время те жители Арля, которые еще не слышали об инциденте с ухом, узнали об этом происшествии из статьи в газете
В понедельник, 31 декабря, прошло заседание больничного комитета. Председателем комитета был мэр города Жак Тардье, а членами – администраторы больницы Альфред Мистраль, Оноре Мино, а также врач Альбер Делон29. 31 декабря пастор Салль написал Тео:
«Он говорил связно и спокойно. Он удивлен и возмущен (что может вызвать новый приступ) тем, что его здесь держат взаперти и лишили свободы. Он хочет выписаться из больницы и вернуться домой. “Сейчас я могу снова начать работать, – сказал он. – Почему меня здесь держат, как заключенного?”… Он даже хотел отправить вам телеграмму с просьбой приехать. Когда я уходил, он стал очень грустным, и мне было обидно, оттого что я ничего не могу сделать, чтобы облегчить его участь»30.
