– Нет, – сказал Пол мягко, но таким тоном, который ясно обозначал границы обсуждения. – Я думаю, ты не понимаешь.
И хотя Гарри не обладал врождённой деликатностью друга – он всё равно замолчал. Потому что не знал, что сказать. Как поддержать человека, который пережил, пожалуй, самое страшное? Эй, дружище, жизнь продолжается? Это он знал и так – и именно Пол вытащил его из квартиры, где Гарри заперся после распада группы. Не наоборот.
Но, несмотря на показной оптимизм, всё-таки в Поле скрывалось что-то надломленное. Гарри не знал, что именно – и сейчас, после отповеди друга, наконец начал догадываться.
«Так вот в чём дело», – думал он, наблюдая, как Пол двигает чашку по матовому пластику стола. – «Продолжается ведь не только его жизнь – но и его смерть тоже продолжается».
– Давай сделаем собственный проект, – вдруг предложила Диана.
С точки зрения Кристиана, три часа ночи – не самое подходящее время для обсуждения работы. Но он всё же взглянул на девушку и равнодушно уточнил:
– Музыкальный?
– Да! – кивнула Диана. – Как Decline. Создадим дуэт, где я буду петь, а ты – играть.
Кристиан провёл рукой по её обнажённому плечу, но Диана как будто этого не заметила: она смотрела на потолок, явно представляя себя на сцене. Тогда звукоинженер приподнялся на локте, натянул одеяло повыше – в квартире было холодно, – и сказал:
– Не уверен, что мой уровень исполнительского мастерства пригоден для сцены. И опыт Station меня не впечатлил.
– Кристиан, солисткой же буду я, – Диана тоже приподнялась на локтях. – Соответственно, всё внимание мне. Просто ты только представь, – её глаза засияли от восторга. – Мы же будем отлично смотреться вместе! Признаться, я об этом думаю с того самого момента, как ты пригласил меня на первый танец. Там, в баре, висело зеркало над стойкой – я в него смотрела и думала, что из нас бы получился неплохой поп-дуэт.
– Блестяще, – Кристиан театрально возвёл глаза к потолку. – Я во время танца думал о ней – а она о проекте.
Диана поспешила загладить вину и потянулась к его губам. Но после поцелуя инженер вернулся к разговорам о дуэте – и с какой-то неприятной досадой осознал, насколько все они повёрнуты на своей работе.
– Допустим, – сказал он сухо. – Ты будешь петь, а я – играть. Но откуда мы возьмём песни? Ты что-нибудь сочиняешь?
– Нет, но Гарри что-нибудь для нас напишет. Уверена, он не откажет, – беззаботно ответила девушка и звонко рассмеялась, увидев выражение лица Кристиана.
– Гарри пишет песни?! – изумился звукоинженер.
– Конечно, он же бывший рок-музыкант, – Диана поцеловала его в подбородок. – Милый, общайся не только с Лесли – и узнаешь много интересного о коллегах.
Кристиан упал обратно на простыни и уставился на потолок, покрытый какой-то неаккуратной лепниной. Вдруг левое плечо вздрогнуло от приятной тяжести: это Диана устроилась рядом с ним. Кристиан обнял девушку и с усмешкой спросил:
– То есть Гарри – бывший рок-музыкант. А Пол? Неужели он тоже?
– Нет, – казалось, Диана снова вот-вот рассмеётся – вероятно, от нелепости предположения. – Тогда Пол работал диджеем… И жил не то в Швейцарии, не то в Бельгии. Боже, Кристиан, как давно всё это было! Наверное, семь или восемь лет назад.
– А как ты оказалась в этой компании?
Диана с улыбкой посмотрела на инженера. Обычно уставшие глаза, равнодушно скользящие по людям и поверхностям, при виде Кристиана невыносимо теплели. И ему вдруг безумно захотелось её поцеловать – но Диана заговорила прежде, чем он успел:
– Я же была сессионной бэк-вокалисткой – и меня пригласили поработать… – она задумалась. – Над их вторым, кажется, альбомом. Гарри написал песню, этакий рок-госпел, и хотел, чтобы там звучал женский голос. Остальные участники группы были против, поэтому в студии со мной разговаривали только продюсер… И, собственно, Гарри. Так мы и подружились.
Диана улыбнулась ещё ярче, но уже от приятных воспоминаний. Инженер не знал, какие отношения связывали Диану и Гарри, и против воли ощутил зудящую в солнечном сплетении ревность.
– Ты сказала «семь-восемь лет назад»? – Кристиан что-то прикинул в уме и спросил, удивлённо вскинув брови: – Как получилось, что в таком юном возрасте ты уже была профессиональной бэк-вокалисткой?
– Происхождение обязывает, – усмехнулась Диана. – Знаешь Вики?
– Конечно, – кивнул Кристиан. Кто не знал легендарную бэк-вокалистку, главный женский символ рок-музыки 70-х? Он начал лениво вспоминать альбомы, записанные с её участием – и внезапно до него дошло.
Диана снова расхохоталась, закрыв руками лицо. Кристиан почувствовал, как от досады у него дёрнулся уголок губ: молодая девушка, в чьём хрупком теле заперт мощный роковый голос… С ранних лет работает в студии… В конце концов, те же зелёные глаза, что в 70-е сводили всех музыкантов страны… Ему, конечно, следовало догадаться.
– То есть Вики – твоя мать, – мрачно констатировал он. – А отец, должно быть, Рассел Холлис из The Pale Shadows?
– Должно быть! – Диана взглянула на него сквозь щёлочку между пальцами. – Ой, милый, видел бы ты сейчас своё лицо!
