– Операция «Китайская кукла», – повторил Евгений на этот раз внятно, уверенно. Он знал уже, что пришел в нужное место, сказал нужные слова и получит ответ на свой вопрос.
– Что ты об этом знаешь? – спросил Николай Иванович после продолжительной паузы.
– Знаю, что Куркину убили из-за этой самой куклы. То есть кукол-то всего шесть, у нее была одна.
– Ты уверен, что все дело в кукле? – переспросил шеф.
– Уверен. И чтобы разобраться в этом деле, мне нужно знать все.
– А я-то думал, что это дело давно похоронено и забыто, – вздохнул Николай Иванович.
Было это сорок с лишним лет назад. Тогда Николай был совсем молодым человеком, только что пришел в секретную организацию, и его отправили в составе киногруппы на Алтай, к знаменитому путешественнику Чибикову. Вот тогда он и услышал это название – операция «Китайская кукла».
Задание у него было на первый взгляд очень простое: найти у Чибикова куклу, похожую на ту, которую ему показал начальник, изъять ее любым способом и доставить в центр.
Николай не ждал никаких сложностей. Разве что придется поискать куклу. Но как раз тут все оказалось очень легко: Чибиков куклу и не думал прятать, она стояла у него в доме на самом видном месте. Красивая кукла, с очаровательным фарфоровым личиком, в бирюзовом шелковом платье, с зонтиком в руке.
Правда, старик оказался непростой, в первый же вечер как бы в шутку вызвал Николая на поединок – дал тому старую саблю, а сам вооружился простой курительной трубкой с длинным чубуком. И разоружил Николая в два счета.
Николай из этого сделал два вывода: во-первых, что старик его расшифровал, понял, кто он такой и зачем приехал. И во-вторых – что старик показал ему, что силой его не взять.
Ну, это мы еще посмотрим…
Николай вернулся в избу Чибикова ночью, открыл дверь, пробрался в сени… Но тут на него в темноте налетела то ли какая-то птица, то ли летучая мышь. Николай растерялся от неожиданности, споткнулся и провалился в открытый погреб.
Обошлось без переломов, но вывихнул ногу и ушиб голову, видно, было сотрясение мозга.
Чибиков же его потом и выхаживал, отпаивал алтайскими травами. Про то, что парень делал ночью у него в доме, даже не спросил.
Николай расстроился от своей неудачи, но руки не сложил. Наоборот, решил воспользоваться тем, что по причине лечения Чибиков поселил его в своем доме, и как только смог ходить, опять же глубокой ночью пробрался в горницу.
Кукла стояла на прежнем месте. Николай потянулся к ней, но тут…
– Тут со мной случилось нечто необъяснимое, – проговорил Николай Иванович. – Кукла словно бы ожила, она ткнула меня своим зонтиком в щеку. Я еще не вполне поправился, от неожиданности и от боли шарахнулся назад, оступился и снова упал, потеряв сознание.
Пришел в себя далеко, в Барнауле, в зале ожидания вокзала, рядом с многодетной цыганской семьей. Ко мне с подозрением приглядывался милиционер, потом он отвел меня в служебную комнату для выяснения личности. Там меня продержали чуть ли не сутки, пока из Центра не пришло подтверждение. Короче, операцию я провалил и после этого целый год проторчал в Эвенкии, перебирая бумажки. Потом, на мое счастье, в организации сменилось начальство, прошли большие кадровые перестановки, и меня вернули в Центр.
– Наверняка Чибиков вас чем-то опоил, – проговорил Евгений, поскольку Николай Иванович надолго замолчал.
– Наверняка, – согласился с ним шеф. – Мы с тобой знаем много подходящих веществ, от которых не то что куклы – памятники оживают. Но вот как я попал из дальнего села в Барнаул?
На этот вопрос у Евгения не было ответа, и он промолчал.
А Николай Иванович закончил:
– Вот все, что я тебе могу рассказать про операцию «Китайская кукла». Помогло это тебе?
– Пока даже не знаю… – неуверенно ответил Евгений. – А вот вы сказали, что вам перед тем, как послать на Алтай, показали такую же куклу. Вы имели в виду фотографию? Рисунок?
– Нет, мне показали настоящую куклу. Очень похожую на ту, которую я видел у Чибикова. Не один в один, но похожую, как бывают похожи родные сестры.
– Значит, эта кукла была в нашем хранилище?
– Да, и до сих пор она там. Даже не одна, а две. Я потом, когда вырос по службе, поинтересовался – ведь как-никак этой кукле я обязан самым большим провалом в своей карьере. Кстати, когда я вернулся из Эвенкии, операция «Китайская кукла» была уже закрыта, никто о ней уже и не вспоминал. Дело понятное – начальство сменилось, перед нами поставили другие задачи. Ну, и мне, сам понимаешь, вспоминать про нее было тоже не с руки. Так что до сегодняшнего дня я про эту самую куклу и думать забыл. Хотя, конечно, интерес к этому делу оставался. А тут ты приходишь и говоришь…
– Меня к этому подтолкнул сам ход событий. Дело Куркиной и все остальное.
Николай Иванович ничего не ответил. Он ждал, когда его подчиненный сделает следующий ход.
– Вот что, – проговорил Евгений после непродолжительной паузы, – мне бы нужно взглянуть на тех кукол, которые находятся в нашем хранилище.
– Зачем это тебе?
– Думаю, что это поможет мне разобраться в деле Куркиной. Поможет продвинуться.
