Он насторожился, приподнял голову и прислушивался к звукам, доносящимся из коридора.
Теперь и Надежда услышала негромкий скрип открывающейся двери.
Пес вскочил и вылетел в прихожую.
Профессор тоже поднялся на ноги. Тревожно взглянув на дверь, он переглянулся с Надеждой, схватил обеих кукол и спрятал их в деревянный ящик под столом, только после этого выглянул в коридор.
Надежда взглянула через его плечо.
Входная дверь квартиры была открыта, и на ее фоне Надежда увидела силуэт человека в распахнутом черном плаще, силуэт, напоминающий летучую мышь с широко раскинутыми угловатыми перепончатыми крыльями. Точно такой же силуэт, какой она видела несколько дней назад в офисе фирмы «Телесеть».
Лица незнакомца не было видно – он стоял в полутемном коридоре, сзади на него падал свет с лестничной площадки, поэтому на месте лица было только овальное пятно.
При виде этого человека – да человека ли? – Надежда почувствовала ужас. Не тот живой и понятный страх, какой она пережила в служебном помещении цирка, столкнувшись один на один с тигром Васенькой, а тоскливый, леденящий душу ужас, какой вызывает у нормального человека встреча с абсолютным злом.
Профессор Чибиков, однако, бросился навстречу незнакомцу, размахивая руками:
– Кто вы такой? Как вы вошли? Что вам нужно?
Только сейчас на фоне зловещего силуэта Надежда заметила, какой Чибиков маленький и тщедушный. Она почувствовала щемящую жалость к этому умному, но слабому человеку, столкнувшемуся с мрачной, беспощадной силой.
Черный человек шагнул вперед, наклонился над Чибиковым и проговорил бесцветным, ледяным голосом:
– Отдай куклу – тогда, может быть, я оставлю тебя в живых!
– Что?! – вскрикнул Чибиков, заслонившись тонкими руками. – Куклу? Никогда! Ни за что! Ни за что на свете! Вы получите ее только через мой труп!
– Это меня устраивает! – прозвучал ледяной голос – и черный человек выбросил вперед руку, легко коснувшись груди Чибикова.
Профессор ахнул и упал посреди коридора.
Черный человек перешагнул через его маленькое тело, огляделся и прямиком направился к двери кабинета.
Надежда, которая стояла на его пути, отскочила в сторону.
И сделала это очень своевременно, потому что в ту же секунду мимо нее пронеслось что-то огромное, черно-рыжее, косматое, словно сгусток яростной энергии – и пес Чибикова бросился на незваного гостя.
Тот, однако, успел выбросить вперед руку, встретив Ченрезига в полете. Надежде показалось, что из черной руки вырвалась короткая молния, в коридоре запахло озоном.
На мгновение два темных силуэта слились в один. Затем собака отлетела в сторону и тяжело грохнулась на пол, не подавая признаков жизни. Незнакомец тоже покачнулся, однако он удержался на ногах и, покачиваясь, двинулся к кабинету Чибикова. Складки черного плаща волочились следом, как кожистые крылья летучей мыши.
Надежда в ужасе следила за незнакомцем.
Теперь она разглядела его лицо – длинное, мучнисто-бледное, с плоским, словно расплющенным носом, с бесцветными глазами под тяжелыми складками век.
Страшный человек прошел мимо нее, не замечая, вошел в кабинет, огляделся.
Двинулся вдоль книжных шкафов, приглядываясь к ним и даже, кажется, принюхиваясь, поравнялся с окном, снова превратившись в черный силуэт на фоне светлого прямоугольника…
И в это время пес Чибикова тяжело поднялся с пола, сделал шаг вперед, еще один, встряхнул тяжелой головой, как будто вытряхивая воду после купания, – и снова бросился в атаку.
Косматым сгустком ярости он промчался мимо Надежды, ворвался в кабинет и налетел на черного человека. Тот не устоял на ногах, отлетел к окну. Окно было распахнуто, и черный человек перевалился через низкий подоконник и полетел вниз, с высоты восьмого этажа, беспомощно размахивая руками.
Пес доплелся до окна, но тут силы оставили его, и он снова упал.
Надежда, преодолев страх, вошла в кабинет.
Первым делом она подошла к Ченрезигу.
Тибетский мастиф лежал на боку, грудь его тяжело вздымалась, глаза были открыты, и в них светилось торжество: он выполнил свой долг, отомстил за хозяина, расправился с неизвестным злодеем.
– Ничего, с тобой все будет хорошо, ты сильный! – проговорила Надежда и погладила верного пса. Он благодарно рыкнул и устало закрыл глаза.
На всякий случай Надежда выглянула в окно.
Она думала, что увидит распластанную на тротуаре черную фигуру – но внизу под окном никого и ничего не было, только чуть в стороне дворник поливал клумбу.
Удивленно пожав плечами, Надежда Николаевна устремилась в коридор, к профессору Чибикову.
Тот лежал на боку, в такой же позе, как его пес, но, в отличие от Ченрезига, не подавал признаков жизни.
Надежда опустилась рядом с ним на колени, послушала пульс.
Пульс был, но слабый и неровный.
– «Скорую» вызвать нужно! – пробормотала Надежда Николаевна. – Но пока еще она приедет!
И тут она вспомнила, как дворничиха в доме, где жила покойная Куркина, рассказывала, как вызывала к той врача. Тот врач приехал моментально и помог Елизавете Петровне.
