– Салам Мустафа, – мужчина протянул руку, а за пазухой держал стопку бумаг, – Я утром к тебе заходил, твой помощник доложил, что тебя на рассмотрение дела Султанова направили.
– Только я, пожалуй, не знал, с чем имею дело, – Мустафа уселся на свое кресло, открыл папку перед собой и разглядывал страницы.
– Об этом все твердят еще со вчерашнего дня. У твоего кабинета акустика слабая, до тебя слухи туго доходят, – улыбаясь, промолвил друг.
– С датой выборов уже определились? – не отвлекаясь, спросил Сабирович.
– Как раз об этом я и хотел поговорить. Тебе известно, что скоро управление поменяется, назначать нового мэра, ну а тот в свою очередь, приведёт к власти новых людей, – Мансурович немного смягчил тон, – Мустафа, ты уже давно на этой должности. Новое руководство не посмотрит не многолетний опыт и упорно попросит освободить кресло, чтоб в нем грелся сын сестры, дяди или брат грядущего начальника.
– Благодарю за заботу Заур, – он вынул очки из футляра и протер линзы, – не думай, что я не тревожусь о своем положении. Ничего серьезного меня не поджидает, кроме отправки на пенсию.
– Не размышляй столь наивно, ты единственное авторитетное лицо на службе в Гор управлении от уходящего режима. А мы много навидались, старина.
Мустафа Сабирович одел очки на нос и пристально взглянул на товарища через них.
– Неужели ты предлагаешь преждевременно опустить руки и добровольно сдаться, без сопротивления?!
– Мустафа, узри на ситуацию трезвее. У тебя больше нет единомышленников. Всем все равно, кто там в дальнейшем придет и чем займется. На безропотную жизнь себе и внукам нажили, фамилию прославили, пора уже и отдохнуть.
– Не ожидал, – Мустафа встал и подошел к окну, держа руки за спину, – не ожидал, что столь безразлично откажемся от своих принципов. Неужели Заур, мы будем из числа тех, кого всегда презирали. Бесстыдно пользуемся располагающим положением, и в момент угрозы отступаем, послав все к чертям. – Он поглядел на приятеля, ожидая от него достойного ответа.
– Мы не на поле сражения Мустафа, чтобы воевать или отступать. Эта реальная жизнь. Представь, что работа была игрой, и ты эту партию отыграл. А иначе соперники вынудят поиграть по иным правилам, чтоб отыграться и оставить не с чем, ради забавы.
В кабинет постучались.
– Да, – громко произнес мужчина.
– Мустафа Сабирович, мэр вызывает вас к себе, – известила молодая женщина.
Мансурович встал и пред уходом промолвил:
– Поразмысли над моими словами.
Друг кивнул головой. Он осмотрел свое рабочее место и на мгновение задумался. Уже 9 лет он сидел за этим столом и разрешал дела города. Он работал и прилагал возможные усилия, для улучшения быта горожан. Мустафа был человеком убежденности, а главным принципом служила цитата – «Сказал – действуй». Мужчина занимал должность, которая обратила его во влиятельного, обеспеченного человека. Кроме заработной платы, он имел доходы и в других отраслях: торговый центр, банкетный зал, завод по производству пластиковой посуды, детский центр развлечений и другое. Сабирович не отличался бескорыстностью, как и большинство из его окружения. Но он был щедрым и отзывчивым человеком. Старался уделять внимание всем, кто обращался за помощью. Построил школу в родном селе, возвел мечеть на свои средства.
Чиновник прихватил телефон со стола и направился к градоначальнику.
Город пребывал в вечерних сумерках. Золотистый месяц и мелкие звездочки на его фоне украшали вечернее небо. Шумная работа строителей притихла под конец дня. Амина принесла одежду и личные вещи Сабины. Девушка освежилась, переоделась, убрала челку любимым красным ободком и присела за кропотливой работой – обшивкой бисером рисунка «Пейзаж гор». Так она снимала депрессию и успокаивала себя. Она всегда занимала себя чем-нибудь трудоемким, когда нервничала.
Ее сестра зубрила правила по «Сестринскому делу». В квартире покоилась тишина. Вдруг кто-то дернул ручку от главных, входных дверей и зашел в дом. Это был Адиль. Он, нахмурив брови, бросил взгляд на сестер.
– Здрасти, – произнесла Амина, после некоторой паузы.
– Кто из вас хозяйка тут? – проронил он, наконец.
– Она, – Амина указала на сестру в гостиной.
Адиль подошел к Сабине.
– Разговор есть!
Девушка не ожидала, что парень так скоро явиться и не была готова к этой внезапной встрече. Она подергивалась от волнения.
– Нормальные люди сначала здороваются и представляются, – Сабина не смела поднимать глаз, но ей не понравился наглый тон парня.
– Обойдемся. Я тот, кем должен быть! – юноша подошел к окну, затем назад и присел на софу. Всю ночь и весь день, он перебирал в голове думы как прожить дальше. Развод – есть итог этой «семейной жизни». Но до этого расклада, он раздумал сыграть на публику внимательного мужа, а молодая супруга должна была в этом помочь, чтоб никто и мысли не допустил, что брак распался из-за его эгоистичной натуры. Адиль замыслил предложить невесте заманчивое дело. Он молча просидел несколько секунд и никак не мог начать разговор.
