Портал не ошибся с местом заброски ни на шаг, перепутав лишь время. Лучше бы наоборот: Сокол попал прямиком в набегавшую волну. К счастью, переход дался ему не так тяжело, как нам, поэтому он быстро сориентировался и выбрался на берег, не дав утащить себя в море. Глядя, как он поднимается на ноги, сгибаясь от кашля, я кинулась навстречу, но стоило покинуть укрытие, как ветер едва не сшиб, больно швырнув в лицо какой-то мусор.
«Йована, вы в порядке?» — раздалось в голове. Сокол огляделся и посмотрел в нашем направлении.
«Да, а вы?»
«Оставайтесь на месте, я сейчас подойду».
Когда он, наконец, до нас добрался, я не удержалась и бросилась ему на грудь.
— Чертов портал! — пробормотала, уткнувшись носом в мокрую, соленую рубаху. — Я уже боялась, что вы не придете.
— Разве я когда-нибудь тебя подводил? — спросил он, гладя меня по голове. — Все хорошо, мы успеем. А сейчас просто нужно ждать. Укрытие вы нашли хорошее, здесь и останемся. Йована, прислушивайся к урагану, редко когда удается встретиться с бурей века. Но не пытайся ни на что влиять, ждем, когда окажемся в оке.
И мы ждали. Сокол выставлял защиту, когда ветер швырял в нас камни и обломки деревьев, и обнимал дрожащую от страха Руженку, приговаривая что-то успокаивающее. Я не могла винить ее в трусости: у самой поджилки тряслись, хотя я многое успела повидать, путешествуя с Соколом. Но постепенно ураган начал затихать. Ружена немного успокоилась и смотрела на светлевшее небо с надеждой, а я знала, что это еще не конец. Приближалось самое худшее.
Плотная стена грозовых облаков прошла над нами, грохоча громом и сверкая молниями. И вдруг лучи света пронзили тучи, похожие на горы грязного снега, а за ними показалось ослепительно-яркое небо, четко очерченный, сияющий полукруг. Наступили покой и тишина, такая внезапная, звенящая, что я украдкой кашлянула, проверяя, не оглохла ли. Словно остров и море вокруг вырезали и перенесли в другой мир, где давным-давно умерли звуки, и не было ничего живого, кроме нас троих.
— Что это? — спросила Ружена шепотом.
— Око бури, — спокойно ответил Сокол. Он сел, скрестив ноги, и прикрыл глаза. — Дайте мне несколько минут, нужно задержать его здесь.
Око медленно продвигалось, но, когда остров оказался в самом его центре, замерло. Я почувствовала, что мы находимся в сердце магического вихря, будто все энергии, какие только были вокруг, поглощала гигантская воронка, а взамен в наш мир приходило что-то с той стороны. Непонятное. Чужеродное. Существовавшее задолго до начала времен.
— Хаос, — пробормотала я изумленно. Сокол открыл глаза.
— Да, тигренок. Границы мира искажены. Мы в центре чистого источника разрушения. Пожалуй, тебе сейчас легче, чем нам.
Вдоль его виска скатилась капля пота. Я перевела взгляд на Ружену. Ее зрачки расширились от ужаса, отчего глаза казались черными на фоне белого лица. Несмотря на это, она сделала жалкую попытку мне улыбнуться.
— Времени у нас мало, не будем его терять. Йована, тебе придется войти в тонкий мир. Ты делала это не раз и справишься, к тому же здесь это даже проще. Готова? — я кивнула. — Тогда ляг поудобней и закрой глаза. Ружена, ты готова?
— Да, господин Радомир.
— Давай хоть сейчас без этого, обращайся ко мне запросто, — поморщился он, наблюдая, как я укладываюсь.
— Вы погрузите меня в транс? — спросила я, закрывая глаза. Он на мгновение замялся.
— Не совсем. Мы не хотели говорить тебе заранее, чтобы зря не волновать, но это немного другое. Грубо говоря, тебе придется на время умереть, — что? От ужаса я чуть не вскочила, но он положил ладонь мне на лоб, удерживая. — Не бойся. Ты почти не заметишь разницы. Только присутствие на той стороне будет более полным, ярким. Ну и связь со мной пропадет. Жизнь в твоем теле будет поддерживать Ружена, это не сложно, она справится. Ты ведь нам доверяешь?
— Да, но… — впрочем, отступать все равно было некуда. — Да, давайте начинать.
— Молодец. Слушай внимательно. Пока я буду гасить бурю здесь, твоя задача закрыть источник хаоса с той стороны.
— Как мне это сделать?
— Я не знаю, в тонком мире нет ничего определенного. Может быть, тебе придется зашить разрыв, как прореху на рубахе. Может, залить его энергией. Ты поймешь, когда там окажешься. У тебя будет связь с Руженой, и как только почувствуешь, что силы на исходе — набирай их у нее. Не геройствуй, не сможешь вернуться — умрешь по-настоящему.
— А если я возьму чересчур много? — вспыхнув, спросила я.
— Ружена остановит тебя, не так ли?
— Хорошо, — услышала я ее голос. Врет она, не остановит, пока сама без сил не свалится. Но Соколу я говорить об этом не стала. Ну что он с ней сделает?
— Я начинаю. Расслабься, тигренок. И помни: что бы ни случилось — не бойся. У тебя получится. Мы с тобой.
Его пальцы легли на виски, прохладное онемение побежало от них по коже, проникая вглубь, расходясь по жилам. Делая тело тяжелым, а потом невесомым. И вдруг оно просто исчезло, как во сне, только резко.
