| Was I supposed to know there was going to be a glut? | Разве я мог предвидеть, что возникнет такой завал хлопка? |
| I didn't even know what a glut was in those days. | - Я даже не знал, что в момент покупки на рынке наблюдался избыток хлопка. |
| An opportunity to corner a market doesn't come along very often, and I was pretty shrewd to grab the chance when I had it.' | Случай завоевать рынок подворачивается не так уж часто. И я постарался не упустить этот редкий шанс. |
| Milo gulped back a moan as he saw six uniformed pallbearers lift the plain pine coffin from the ambulance and set it gently down on the ground beside the yawning gash of the freshly dug grave. | Милоу едва не застонал, когда увидел, как шестеро военных вытащили из санитарной машины простой сосновый гроб и осторожно поставили на землю рядом с зияющим провалом свежевырытой могилы. |
| 'And now I can't get rid of a single penny's worth,' he mourned. | - И теперь я не могу сбыть ни клочка, чтобы выручить хоть пару центов, - причитал Милоу с траурным видом. |
| Yossarian was unmoved by the fustian charade of the burial ceremony, and by Milo's crushing bereavement. | Йоссариана не трогали ни напыщенный и загадочный церемониал похорон, ни переживаемая Милоу горечь тяжелой утраты. |
| The chaplain's voice floated up to him through the distance tenuously in an unintelligible, almost inaudible monotone, like a gaseous murmur. | Голос капеллана доносился до него издалека плохо различимым, еле слышным бормотаньем. |
| Yossarian could make out Major Major by his towering and lanky aloofness and thought he recognized Major Danby mopping his brow with a handkerchief. Major Danby had not stopped shaking since his run-in with General Dreedle. | Йоссариан узнал долговязую, возвышавшуюся над толпой фигуру майора Майора, и ему показалось, что он узнал майора Дэнби, вытиравшего лоб носовым платком. |
| There were strands of enlisted men molded in a curve around the three officers, as inflexible as lumps of wood, and four idle gravediggers in streaked fatigues lounging indifferently on spades near the shocking, incongruous heap of loose copperred earth. | Позади трех офицеров выстроились подковой рядовые, неподвижные, как чурбаны. Четверо могильщиков в полосатых робах, скучая, опирались на лопаты, воткнутые в страшную, нелепую кучу медно-красной земли Йоссариан увидел, как капеллан воздел очи в сторону Йоссариана, горестным жестом дотронулся до глаз пальцами, снова посмотрел в сторону Йоссариана, на этот раз пристально, и опустил голову. |
| As Yossarian stared, the chaplain elevated his gaze toward Yossarian beatifically, pressed his fingers down over his eyeballs in a manner of affliction, peered upward again toward Yossarian searchingly, and bowed his head, concluding what Yossarian took to be a climactic part of the funeral rite. | Йоссариан расценил это как конец погребальной церемонии. |
| The four men in fatigues lifted the coffin on slings and lowered it into the grave. | И действительно, четверо в робах подняли гроб на ремнях и опустили в могилу. |
| Milo shuddered violently. | Милоу резко вздрогнул. |
| 'I can't watch it,' he cried, turning away in anguish. | - Я не могу смотреть на это! - вскричал он с душевной болью и отвернулся. |
