Сами же они, как легко заметить по ценам, более всего ценят «шпэтбургундер», то есть вино лозы поздней бургундской. Это бледноватое, словно сцеженное, вино, однако, не является «винцом», а характеризуется как благородное, аристократически-элегантное, с букетом лесных ягод. То ли вкус мой слишком притупился, то ли по-человечески я проще, чем хочу себе казаться, но, по-моему, шпэтбургундер ни в какое сравнение не идет с настоящим, французским бургундским, где эта же лоза называется черное пино, пино нуар. Странное дело эти вина, и лоза одна и та же, и почва не так чтобы столь уж различна, и климат отличается, но не слишком, а вот разница и разница…
Тут как раз пошла и линия огня французских вин — Бордо, Корбьер, Кот дю Рон, Кото де Лангедок, Божоле, Кот де Прованс и далее. Нет только — ступая в свой же след — настоящих бургундских; они снобистски дороги для не специализированного винного гешефта. И Бог с ними — как бы они ни были хороши, сухое вино есть сухое вино, и человек, различающий между винцом за два евро литровая картонка, то, что в итальянских и греческих ресторанчиках называют домашним вином, и уже настоящим вином за пять евро (выход из бюджета! С другой стороны — всего-навсего цена пачки сигарет), а уж за 25–40 евро (более чем разорение, даже на праздник!), — такой человек, сидящий на собесе плюс, если повезет, приработки, должен твердо придерживаться правила: пей, хочешь, так допьяна, но считай, хочешь не хочешь, трезво, — и жить без романтических затей. А лучше, пия из картонки чайным стаканом, раскрыть за столом богато иллюстрированную книгу «Der Wein». И пить себе, сладко раздувая ноздри и вглядываясь в этикетки, вприглядку. И читать себе по складам «Шамбертен», «Кло де Бёз», «Поммар», «Романея-Конти» вприслушку…
Итальянские вина я недолюбливаю. Белые годятся в столовые. Красные же… Все эти кьянти и вальполичелла (кроме благородного амароне делла вальполичелла), бардолино и барбера, и даже элитные кьянти классико, нобиле де монтепульчано и брунелло ди монтальчино и даже-даже тяжелая артиллерия — славнейшие вина Италии, пьемонтские барбареско и бароло — все они, на мой вкус, будь это лоза санджовезе или неббьоло, — отдают вишней, опять же не побоюсь быть дикарем-простецом — вишневым компотом без сахара…
Извините, занесло по ходу — в поисках потраченного.
Дальше шли стройные ряды хереса сушайшего, просто сухого, полусухого медиум и десертного крим. Выпирали пухлыми бочками мадера и марсала, а там уже вермуты наводили мосты к коктейлям, невозможным без представленных здесь в обилии джина и водки, за которыми шли моря разливанные виски скоч, ирландского, канадского и бурбон. Отдельно стояли виски 10-, 12- и 15-летние, односолодовые и высокогорные, и особенно нежно любимое мною «Laphroaig» с отдушкой торфяного дымка.
Но что-то же надо было делать. У всякого путешествия должна быть цель. Какую же цель преследовала моя микроскитальческая авантюра?.. Простейшую: пришел, увидел, купил. Да, так; программа-минимум. Скинем пару центнеров пафоса. Я простой консуматор и исповедую философию потребительства.
Но что консумировать? Крепкие напитки безусловно исключены. Во-первых, надо пронести на территорию — и если, в пессимистическом варианте, я попадусь… тогда все; виски или ром — поставят на мне окончательный крест. Потом, если я и не попадусь, но выпью любой водки даже сто каких-нибудь грамм, а они плохо лягут на принимаемые мною снадобья… я не пробовал, но более чем вероятно… И все эти портвейны и мадеры, спиной чувствую, не прокатают. Начинать надо со слабоалкогольных напитков; но не с пива же. Что такое бутылка пива? Ничего, легкая дурь, и хмарь, и тяжесть в затылке. А с двумя бутылками — одну я выпью, но вторую по такой погоде сразу… нет, это уже морока, эту уже нужно как-то куда-то припрятывать.
Глуповато, но брать нужно вино. Совсем легкое — не на собаках проверяю.
Я взял бутылку пфальцского шпэтлезе — вино из винограда позднего сбора — всего за 1.79. Всего 9,5 %. Шпэтлезе бывает дешевое, а бывает и — не дороже денег. Последнее — чистый мед. Последнее — в нем есть тонкая, высокая, подлинно сладостная нота — надо брать в местах его изготовления. В обычных супермаркетах по всей Германии стоит дешевое — как бы ароматное и приторно сладкое. Но ничего легче винный отдел данного «Маркткауфа» не предлагал.
Выйдя на улицу, я отпил из большого целлофанового пакета, удивляясь собственной прихотливости, именно же смеси глупейшей стеснительности и самого наглого цинизма: пакет так явно не скрывал, но, напротив, выпячивал свое содержимое, бутылку формата 0,7 л, что лучше бы уж я пил просто, без дураков. Однако я упрямо повторил глоток на полном ходу.
Короче, когда я через 7 минут быстрой ходьбы добрался до входа на территорию лечебницы, бутылка была пуста почти наполовину; и тут я призадумался.
Конечно, граммов никак не более 300 совсем легкого вина — это для практикованного человека не доза. Я мог не бояться, что мое поведение, цвет лица, взгляд — выдадут меня.
Но; но; но.