— Сукины дети! Что вы себе позволяете?! Драко, за мной! — скомандовал он. — Вернёмся и зачистим там в пабе. А вы, Поттер, стойте здесь и ждите. Слышите? — тряхнул Снейп Гарри и прижал к стене, надавливая локтем на горло, фиксируя, придавая устойчивость. — Чёрт вас побери!
Гарри, стараясь восстановить дыхание, размазал текущую из разбитой губы кровь и подумал: «Ну, теперь и делать ничего не надо. Убьёт!»
Однако через десять минут нервного ожидания, которое смахнуло с героя весь хмель, наградив нервной трясучкой рук, из-за угла бодрой походкой показался Малфой… один:
— Уходим, быстро. Всё в порядке.
— Он что?
— Ничего, сказал, чтобы проваливали. — Драко взял Гарри под локоть и быстро повлёк ко входу в «Дырявый котёл».
Отдышаться удалось только миновав зал кабака, когда они оба рухнули на холодную влажную скамейку неприметного скверика на какой-то тихой улице маггловского Лондона.
— Вот видишь, а судьба-то рулит! — выдохнул, закуривая, Малфой.— На! — он протянул другу пачку сигарет.
— Ага, странно, — согласился тот. — Что это Снейп в Лондоне забыл, да еще в костюме таком?
— Заметил, да? Значит, на маггловскую территорию декан наметил сходить. Я тоже о нём такого не знал. И как ты, Поттер, не передумал? — Гарри в ответ пожал плечами. — Тогда пошли, надо же определиться.
— Да я уже вроде определился, — промямлил Гарри,— а когда увидел его сейчас, ярко всё понял. Только… я побаиваюсь.
— Ничего-ничего, там и девочки и мальчики есть. Надо знать наверняка, прежде чем за Снейпа браться. Дело серьёзное, можно сказать, вся дальнейшая жизнь от этого зависит. Методы тыка… э… ага, — кашлянул Драко, — тут не проходят. А я на диванчике посплю тем временем, ну, для моральной поддержки. Только Гермионе не смей проболтаться, обоих проклянёт.
— Драко! — вспылил Поттер и резко развернулся к Малфою. — Ты вообще о чём? Какие мальчики-девочки? Я про Северуса… — произнеся в запале это имя, он покраснел, сознавая, что вот так в первый раз назвал чуму своего детства по имени. — Вот, блин…
— Давай, вставай, — Малфой ни капли не смутился и уже потянул Поттера за рукав. — Ты же девственник, как тогда можешь знать, не попробовав? И в пабе я сказал, что поведу тебя в бордель, ты согласился, перед самой дракой. Нечего сейчас обратный ход давать, не притворяйся, гриффиндорец, тебе не идёт, да и не умеешь. Вон, такси на углу, пошли!
— Никуда не пойду!
— Ещё как пойдёшь!
— Стой, а с чего ты взял, что я… это… девственник? Драко, бросай свои слизеринские… свинские штучки!
— А ты сам сказал, разве нет?
— Нет, не помню… подловил.
— Так «да»? — не смог сдержать ухмылки Малфой — многолетняя мимическая привычка.
— Гад ты, Драко! — сломался Гарри. И отвернулся.
«Гад» обнял его за плечи:
— А что ты иначе предлагаешь? Инстинкт инстинктом, но секс, как любое важное дело, требует навыка. Ты решил довериться судьбе — ну, вот я и сыграю за эту тётю… Убедил? — и Малфой прямо в ухо красного как рак дебютанта, притянув его к себе, весомо добавил: — А ведь иначе и покалечиться можно, точно-точно. Гей-секс — штука… тонкая.
— А ты почём знаешь? — отомстил Поттер. Малфой сделал вид, что не расслышал вопроса.
Они направились к перекрёстку и быстро поймали такси. Гарри изо всех сил стремился держаться невозмутимо («Поттер я, в конце концов, или не Поттер?»), но получалось не очень. Он ёрзал на заднем сидении, старательно делал вид, что внимательно разглядывает лондонские пейзажи и, чтобы уж совсем не выглядеть идиотом, засунул руки в карманы, что-то там трепал и комкал, бумажки какие-то, монетки, пальцем в дырку залез, вытащил поломанную спичку:
— Когда уж мы приедем?
Кэбмен повернулся:
— Пробки, суббота, сэр.
— Угу, — Гарри стал наблюдать за соседними автомобилями. На улице пошёл дождь.— А ты сам там… ну, бывал? — спросил он тихо у Драко.
— Бывал. Давно.
— Ясно.
— Не дрейфь! Всё вполне цивильно. Там ещё никого не съели.
— Не буду, просто, стрёмно… и противно.
Заведение оказалось и правда приличное. У Гарри были смутные представления о подобного рода домах, но воображение, мечущееся между стыдом, брезгливостью и желанием кому-то что-то доказать (Малфою или самому себе? А, может быть, господину зельевару?), рисовало ему старинные королевские кровати, вишнёвые бархатные портьеры с золотыми кистями, серебряные номерки на массивных дверях будуаров, презервативы в большой прозрачной вазе и пышную даму в чулках и длинной юбке с оборочками. А, ещё шляпы-цилиндры. При чём тут они? А кто ж его знает… И шеренга полуголых, пошло лыбящихся девиц, — или парней! — из которых надо было выбрать себе кандидата для первого раза. О, нет!
Зайдя в светлый, по-современному обставленный холл, Гарри поёжился, но удивление победило. Интерьер, цветы, диваны… Гарри завертел головой. Юношей встретила приятная на вид хозяйка, одетая, как менеджер хорошего отеля.
— Мистер Малкович, чем могу быть полезна? — любезно поинтересовалась она, узнавая.
