— Нет, Гарри, совсем нет, — Малфой как-то рассеянно обвёл глазами комнату. — Только вот сколько ты отсиживаться тут собрался? Гермиона еле уговорила Помфри бумажку на двухдневное освобождение тебя от занятий подписать. Что решаешь? Может, письмо напишешь? Ему.
— Ни за что! — Гарри даже подпрыгнул. — Не умею… и не стану! Нет! Это моё волевое решение. Если судьба хочет мне сделать подарок или меня подарком сделать кому… кому надо, вот пускай и постарается сама, ради разнообразия. Пальцем не пошевелю! — Он раскраснелся, вскочил на ноги, размахивая рукой с судорожно зажатой в ней погасшей сигаретой. Потом покрутил головой в поисках пепельницы, уронил окурок на пол.
Драко чуть слышно произнес «Эванеско» и тоже поднялся, звонко хлопнул друга обеими ладонями по плечам:
— Давай так и сделаем! И выше голову, улыбайтесь, мистер Поттер! Пускай, правда что, судьба, или как бы она ни называлась, сама пошевелится, так?
— Так, — ответил мистер Поттер.
— Тогда, раз уж ты у нас больной… на голову, — бодро сообщил советник Малфой, за что схлопотал тычок в живот, но продолжил: — Я хотел сказать, официально больной!.. То смоемся завтра с утра в Лондон. Дело есть, и развеемся.
Развеяться втроём не удалось: парни уже почти склонили Гермиону к прогулу занятий, но тут Макгонагалл прислала какого-то второклашку с запиской, в которой просила мисс Грейнджер срочно подменить её на двух уроках трансфигурации. Понятное дело, ответственная староста не могла подвести директора. Драко хоть и злился, но согласился, правда, настроения это ему не прибавило. Поэтому первым делом, выйдя в Лондоне из банка Гринготтс, где он устроил гоблинам профилактику феодально-вассальных отношений, бывший староста Слизерина заявил:
— Нехрена, перед Малфоями ещё никто не выпендривался безнаказанно! Пусть свое место знают… мало я в детстве их брата гонял!
— Какого брата? — удивился Гарри.
— Да эльфов домашних, — Драко ребячливо фыркнул, — ну, и шантрапу всякую магическую. Понимаешь?
Поттер мотнул головой, дескать, не особо. Они дошли до ближайшего к магической зоне маггловского паба и решили выпить.
А пока ждали заказ, премудрый Малфой много чего порассказал о своём житье-бытье в мэноре, — привирал, конечно — пытаясь развлечь друга. «Вечер воспоминаний», как сказал он Гарри, заказывая третью порцию Гиннеса:
— А состояние финансовое твоё неважное. В приступе невиданной щедрости, ты, друг мой, роздал около сорока пяти тысяч. В наличии не более 180 галлеонов плюс проценты, скажем, пятьдесят с кнатами; не уплачены пошлины на наследство Блэков, просрочены квартальные за дом… херово.
— Плевать, — отмахнулся Поттер, — наличные есть, и ладно. Деньги — не главное. Вот, не понимаю, зачем мне новые шмотки покупать — выпуск скоро… а там я чего-нибудь придумаю. В Аврорат пойду — форму дадут, у них мантии красивые.
— Придумывать в урезанном варианте нашей компашки умею только я, — Малфой был уже весьма нетрезв, но вид имел серьезный и убедительный. Он наклонился через стол, подманив собутыльника взмахами кисти руки, и зашептал тому на ухо: — А давай мы тебя в борде…
Но был прерван очень знакомым голосом, правда, звучавшим с новыми ехидно-покровительственными интонациями:
— Ой, вы гляньте, голубки! Интеллектуалы залётные, почтили нас грешных на земле! — К ним под ручку с пухленькой смутно знакомой девицей вальяжно приближался Рон Уизли. Посолидневший, в явно дорогом, хотя и безвкусно-кричащем костюме, он скорчил сочувственную рожу и сообщил своей спутнице, якобы по секрету, но на весь зал: — Видишь, Тильда, с кем моя бывшая связалась. Вот уж не думает, бедняжка, что женишок ей с её же приятелем прославленным изменяет!
Гарри оторопел, заморгал часто-часто, принялся протирать очки прямо на носу, а Драко не растерялся. Он прищурился, сдвинув недопитую бутылку, и кинулся на рыжего. Но тот уклонился и сам метнулся, врезал бывшему другу в челюсть. Больше Поттера не надо было убеждать — завязалась рукопашная. С пунцовыми от ярости и натуги лицами юные маги, слава Мерлину, забыв про свои магические инструменты, махали кулаками… к счастью, не очень метко. Девица завизжала, на пол посыпались осколки, посетители повскакивали с мест и…
Даже в невообразимом гвалте все почему-то услышали скрип двери…
Одетый в однобортный чёрный пиджак, рубашку цвета мокрого асфальта, такого, как лак на машинах, — ясно, шёлк! — галстук на тон темней и твидовые светло— серые брюки, ничего яркого или контрастного, только волосы — воронье крыло без изъянов…
… в паб, как ветхозаветный царь, посещающий приют для больных лепрой, вошёл… Северус Снейп. Окинул орлиным взглядом ревущую и матерящуюся мешанину рук, ног и голов, копошащуюся на грязном от пролитого пива и пущенной крови полу. И, мгновенно считав ситуацию, вытащил Гарри из клубка тел, стряхнул с Малфоя плюющегося ядом Уизли, невзирая на наличие посторонних зевак, мгновенно аппарировал обоих драчунов в один из закоулков Лютного переулка.
