В сверкающей чистотой корабельной рубке позади нас было непривычно тихо по сравнению с тем, что я помнил по экскурсиям на корабль отца в детстве. Держа резинку во рту, она распустила волосы и снова стянула их на затылке так туго, что, казалось, даже кожа лица оттянулась назад.
– Нет, Лираз… – осторожно попытался намекнуть я, не в силах даже после стольких лет занятия фотографией понять, что заставляет женщин себя обезображивать.
– Что? Не заходить туда?
– Нет, – попытался указать я на резинку, стягивавшую волосы. Лираз достала из сумки косметичку и припудрила правую щеку. – Не делайте…
– Чего не делать? – спросила Лираз, с треском захлопывая пудреницу. – Знаешь, Йони, есть люди, которым очень нравится профессия, которую они выбрали. Даже если рассказы о ней не вызывают у остальных чувства зависти. – Ой! Что ты?..
Правой рукой я ухватил ее за конский хвост, а левой дернул резинку – слишком сильно, видимо, дернул, – на ней осталось несколько волос.
– Пытаюсь сказать, что распущенные волосы идут вам гораздо больше. – Помахав резинкой у Лираз перед носом, я положил ее в карман. – И на вас слишком много макияжа. При таком ярком солнце и под таким углом будет казаться, что у вас родимое пятно.
– А ты, оказывается, умеешь говорить женщинам комплименты! – улыбнулась она. – Даже удивительно, что твоя девушка решила выйти замуж за другого.
– Ладно. – Сунув телефон в задний карман, я протянул Яэли руку. – Пойдем, лапкин.
– Нет-нет, Йони. – Улыбка мгновенно исчезла с лица Лираз. – Прости. Ты прав. Это я так… Я не…
– Большое спасибо за экскурсию, – произнес я, толкая коляску с Офеком, который все это время разглядывал прикрепленную к ней картинку с кошкой.
– Ну, прости меня, Йони… Я на самом деле…
– И за комнату аттракционов. Было очень здорово. Яэли, скажи Лираз спасибо.
– Не хочу, – дернула плечами Яэли. – Я хочу посмотреть на ее фотки.
– Не буду я ее фотографировать. Я пытаюсь ей помочь, а она не упускает момента, чтобы уколоть меня. Пойдем, Яэли, – произнес я, наклоняясь к ней. – Будем играть сами.
– С тобой без нее не интересно. – Сложив руки на груди, Яэли с тоской посмотрела на Лираз.
– Но ведь я твой дядя, – произнес я и снова потянул ее за руку. – Не она. Так что…
– Я не могу ходить с распущенными волосами, – прошептала Лираз, сжала губы и отвернулась.
– Что? – Я невольно ослабил хватку. Вырвавшись, Яэли побежала назад и прижалась к ноге Лираз.
– Я… – начала Лираз, гладя Яэли по голове.
– Просто я не понял, что вы сказали, – произнес я, развернув коляску.
– Так я не увижу, если кто-нибудь нападет. – Опустив глаза, Лираз шумно вздохнула.
– Кто может напасть? Здесь, кроме нас, никого нет.
– Кто его знает…
– От Офека, конечно, всего можно ожидать, но я не думаю…
Лираз фыркнула, но тут же прогнала улыбку. Глядя на нее в упор, я пытался понять, из-за чего весь сыр-бор и от кого надо защищать корабль, ведь большая часть пассажиров разгуливает сейчас по Кипру.
– Я не могу ходить с распущенными волосами, – повторила Лираз и провела пальцем под правым глазом. – В прошлый раз я получила вот это.
Лираз уже указывала мне на это место, и в тот раз я ничего не заметил. Правда, там царил полумрак, а к моей голове был приставлен пистолет.
Прищурившись, я попытался подойти ближе, чтобы увидеть, на что указывает ее палец. Сделав мне знак не приближаться, Лираз принялась осторожно соскабливать слой пудры. Через несколько секунд моему взору предстал коричнево-сине-фиолетовый шрам, тянувшийся от носа вдоль всего глаза. Убедившись, что я увидел достаточно, она снова достала пудреницу, но я успел схватить ее за руку.
– Сколько швов вам наложили?
– Девять, – ответила она, снова опуская глаза.
– Это сделал один из пассажиров?
– Вроде того.
– Что это значит?
– Он был пассажиром, но я тогда еще не была ответственной за безопасность.
– Кем же вы были?
– Его женой.
Не зная, что сказать, я промолчал.
– Это случилось всего лишь раз, – хрипло произнесла Лираз, глядя на Яэли, любующуюся на штурвал и издающую звуки плывущего парохода. – Но этого оказалось достаточно.
– Вы были в отпуске?
– Медовый месяц.
– На корабле с семьями и кучей детей?
– Нам хотелось найти что-нибудь достаточно приятное и недорогое. Он в то время не работал и вообще не знал, чем собирается заниматься, а я ненавидела свою практику в адвокатской конторе. И случайно увидела этот круиз на сайте…
– Как это случилось?
– Не знаю. Когда я пошла на прием к психотерапевту, та спросила меня, неужели я не видела, куда все это идет, и я ответила, что не замечала никаких поводов для беспокойства. Мы жили вместе уже два года. Да, он был слишком напряженным и раздраженным и иногда терял контроль над собой, как человек, который не знает, что ему делать, а я была с головой погружена в свои занятия и ни на секунду не задумывалась о том, что в один прекрасный день он может наброситься на меня.
– И тогда… – Не в силах говорить, я сделал движение рукой, словно наносил пощечину, но Лираз, помотав головой, поймала мою ладонь и сжала ее в кулак.