Поначалу в аппаратной мастерской, определив характер повреждений, усомнились, реален ли ремонт. Однако, как гласит народная мудрость, глаза боятся, а руки делают. Отсутствие нужного оборудования, ограниченность производственных возможностей компенсировались творческой энергией, страстным желанием возвратить лодку в строй. Здесь, как и во многих других подобных случаях, выручила смекалка.
В документах мне не встретилась общая цифра поданных и внедрённых изобретений и рационализаторских предложений на флотах в годы Великой Отечественной войны. Наверняка она внушительна, поскольку складывалась из весьма красноречивых показателей многих подразделений. Так, за второе полугодие 1944 года лишь на предприятиях, подчинённых техническому отделу Северного флота, поступило 83, принято 67 и реализовано 62 рационализаторских предложения, позволивших сэкономить сотни тысяч рублей, а главное, выполнить сложные ответственные задания.
Обстановку, в которой трудились судоремонтники на Севере, никак нельзя было назвать спокойной. Опасность грозила как с воздуха, так и с моря. Вражеская авиация систематически пыталась уничтожить ремонтные базы. За один только налёт на судоремонтные мастерские в одном из районов фугасными и зажигательными бомбами противник разбил и наполовину сжёг причал, повредил, горячий цех и склад. От прямого попадания сильно пострадал мотобот, сгорели принадлежавшие мастерской рыболовные мотоботы «Кит» и «Диана», парусник «Навигатор». Погибли 14 работников мастерской, 12 человек получили ранения.
Такая запись сделана в журнале боевых действий технического отдела флота 18 июня 1942 года. Всего же на Мурманск, как пишут в своей книге Ф. Буданов и Н. Дубровин, за время войны фашистская авиация сбросила 4100 фугасных и 181 тысячу зажигательных бомб.
Командование высоко оцепило труд судоремонтников. Многие инженеры, техники, мастера награждены орденами и медалями, их плодотворная деятельность отмечалась на флотах в приказах.
Вот, к примеру, приказ начальника тыла Северного флота от 6 марта 1944 года:
«За время Отечественной войны инженер-капитан-лейтенант т. Четвертаков проделал большую работу в деле вооружения новыми приборами и аварийного исправления корпусной части подводных лодок. Значительно упростил конструкцию чертежей по установке АЗД, что дало возможность удешевить и по срокам сократить работы. Большую работу провёл по восстановлению носовой оконечности на подводной лодке М–174, форштевня на подводных лодках Л–15 и С–55. Добросовестно и оперативно обеспечивал постановку подводных лодок в доки и исправление аварийных повреждений в короткие сроки их корпусов. Провёл ряд сложных работ по ремонту и модернизации корпусных устройств на подводных лодках флота. Все задания командования выполнял добросовестно, энергично, с инициативой, проявляя при этом высокое сознание своего долга.
За проделанную работу по ремонту подводных лодок инженер-капитан-лейтенанту Четвертакову М. М. объявляю благодарность.
Приказ объявить всему офицерскому составу тыла».
Другим приказом поощрялась группа воинов магнитной контрольной станции, аварийно-спасательной службы и корабля МИП–1, возглавляемая инженер-капитан-лейтенантом В. Мухановым. Коллектив станции освоил сложнейший ремонт оборудования, который раньше выполнялся лишь в специальных мастерских, а затем с помощью водолазов и корабельных специалистов установил это оборудование на корабле.
О том, что успех в судоремонте достигался главным образом благодаря смекалке, изобретательности, свидетельствуют и документы Черноморского флота. Судоремонт в военное время по сравнению с мирным, прочитал я в документе первой половины 1942 года, характерен применением «необычных, особенных методов ремонта кораблей, интересных по замыслу и смелых по техническому решению и реализации». Несколько позже руководство тыла флота отмечало: «…работа судоремонтных мастерских технического отдела характерна тем, что нужно было решать задачи, которые в условиях мирного времени считались непосильными».