Прошла неделя с того дня, как ушел отец. Диллон то и дело торчит в ванной под горячим душем, и от этого ванная превращается в парилку. Со мной он разговаривать не желает – дескать, если бы я не утащила его в тот день на море, он мог бы задержать отца, не дал бы ему уйти. Отец каждый день звонит, чтобы пожелать нам успешно сдать экзамены, но я с ним не разговариваю – я слишком занята, тренирую задержку дыхания. Тэя я не вижу уже восемь дней. Я сдала три экзамена – и, наверное, все три провалила. Осталось еще пять. Просто нестерпимо ходить на все эти консультации, посвященные повторению пройденного материала. А уж оставаться дома с Диллоном и того хуже, тоска полная. Поэтому я чаще всего торчу в бассейне вместе с теми, кому меньше трех и больше семидесяти. Просто тошнит от всего этого.
Сижу в гордом одиночестве на дне глубокой стороны бассейна. Кафельные плитки шершавые, сидеть на них неприятно. Мне кажется, что в мою кожу въедается вся чужая грязь. Неподвижно сидеть невозможно, потому что у меня нет балласта, и я перемещаюсь из стороны в сторону. Выныриваю на поверхность, создавая волны движениями рук и тела. Мамочка с ребенком бросает на меня возмущенный взгляд, а мне, в общем-то, все равно. Подпрыгиваю в созданном мной маленьком водовороте и смотрю, как вода уходит в решетки перелива.
Передо мной возникают чьи-то ноги со светлыми волосками. Запрокидываю голову и вижу Дэнни.
Радости мало. Только что моя жизнь стала еще хуже, чем была.
Спрятаться негде – разве что под водой. Проходит минута, еще одна, а потом мне надо сделать вдох. Когда я выныриваю, Дэнни сидит на краю бассейна на корточках, упершись локтями в колени.
– Я так и подумал, что это ты. Можем поговорить?
– Я занята, – бросаю ему и снова ухожу под воду.
На этот раз мне удается продержаться всего минуту.
– Я не хочу ругаться. Подожду, когда ты освободишься.
Дэнни указывает на скамью у края бассейна.
Еще раз погружаться у меня нет сил. И от него деться некуда.
– Раз так, дай мне мое полотенце, – говорю я, поднимаясь по лесенке.
Мы садимся на скамью. От тела Дэнни идет такое тепло, что я вскоре перестаю дрожать.
– Ты велел мне держаться подальше от бухты. Про бассейн ты ничего не говорил. Да и слушаться тебя я не обязана, если на то пошло.
– Наверное, мы оба не с той ноги пошли.
– С Тэем я не виделась, если ты про это хочешь спросить.
– На самом деле и хотел спросить. Я его тоже давно не видел. Мой отец с ума сходит, потому что на следующей неделе мы собирались открыть клуб дайвинга, а Тэя нигде нет. Как сквозь землю провалился. По мобильному дозвониться не можем – будто и нет такого номера.
К моим ногам прилипли ворсинки от махрового полотенца. Одну за другой я снимаю их и бросаю на мокрые плитки у нас под ногами. Ворсинки впитывают воду и уплывают прочь. Где же Тэй? Все это очень непонятно, потому что он приехал сюда специально для того, чтобы стать инструктором в школе Мика.
– Слушай, ты же его послал, правда? – спрашиваю я.
Дэнни смущенно чешет затылок. У него на щеке краснеет порез – видимо, поранился, когда брился.
– Слушай, я ему не велел уехать. Я сказал ему, чтобы он тебя поберег.
– Что ж, мне жаль, что у тебя все так плохо, но помочь тебе я не могу.
– Может быть, и можешь. Окажи услугу.
С трудом сдерживаюсь, чтобы не расхохотаться. Какая помощь ему может быть нужна от меня?
– До открытия в клубе нужно поработать. Нам нужен кто-то, кто помог бы оформить помещение, а потом, когда мы откроемся, понадобится помощь со снаряжением и лодкой. Кто-то должен будет выходить с нами на лодке на время погружений, выполнять работу корректировщика и просто помогать.
– Ты хочешь из меня сделать себе прислугу? – говорю я.
Поверить не могу – неужели он правда этого хочет?
– Нет, не так. Сама подумай, в этом есть смысл: нам нужен кто-то, кто интересуется дайвингом и при этом не боится немного испачкаться. Считай, что будешь кем-то вроде подмастерья.
– Так ты мне платить будешь?
– Не наличными. Погружениями. Буду давать тебе настоящие уроки.
– Я уже умею погружаться, спасибо. И кроме того, у меня экзамены. Повторение материала за весь год. Времени нет вообще.
Встаю и туго оборачиваюсь полотенцем.
Дэнни тоже встает и возвышается надо мной. Странно стоять так близко к нему. Я хорошо помню, как мы с ним встретились впервые в яхт-клубе, как он смотрел сквозь меня.
– Ладно, – говорит он. – Решать тебе, конечно. Но разве тебе не хочется стать настоящим дайвером? Погружаться глубже, оставаться на глубине подольше?
«Да! – хочется выкрикнуть мне. –
– Я опаздываю к ужину, – говорю я и выжимаю пряди мокрых волос. Вода с них стекает на сухие ступни Дэнни.
– Ну, если передумаешь, дай мне знать. Удачи тебе с повторением, – говорит Дэнни и кивком указывает на воду.
