| There was silence from the back of the wagon for a while and Carreen comforted her sister with absent-minded pats, for her mind was a long way off, riding paths three years old with Brent Tarleton beside her. There was a glow, an exaltation in her eyes. | Какое-то время в глубине повозки царило молчание. Кэррин с рассеянным видом утешала сестру, машинально поглаживая ее руку: мыслями она была далеко - на лесной тропе, по которой три года назад скакала верхом с Брентом Тарлтоном, -и в глазах ее появился странный экзальтированный блеск. |
| "Ah," said Melanie, sadly, "what will the South be like without all our fine boys? | - Ах, - грустно вздохнула Мелани, - не могу себе представить Юг без наших прекрасных юношей! |
| What would the South have been if they had lived? | А как бы он расцвел, будь они живы! |
| We could use their courage and their energy and their brains. | Мы должны быть мужественными, энергичными и умными, как они, Скарлетт. |
| Scarlett, all of us with little boys must raise them to take the places of the men who are gone, to be brave men like them." | Все мы, у кого есть сыновья, должны вырастить их достойными занять место ушедших, вырастить их такими же храбрыми, как те. |
| "There will never again be men like them," said Carreen softly. | - Таких, как они, уже не будет никогда, - тихо сказала Кэррин. |
| "No one can take their places." | - Никто не может их заменить. |
| They drove home the rest of the way in silence, | И весь остаток пути они больше не разговаривали. |
| One day not long after this, Cathleen Calvert rode up to Tara at sunset. | Как-то, несколькими днями позже, Кэтлин Калверт на закате солнца приехала в Тару. |
| Her sidesaddle was strapped on as sorry a mule as Scarlett had ever seen, a flop-eared lame brute, and Cathleen was almost as sorry looking as the animal she rode. Her dress was of faded gingham of the type once worn only by house servants, and her sunbonnet was secured under her chin by a piece of twine. | Приехала она, сидя верхом в дамском седле на муле - такой жалкой, хромоногой, вислоухой твари Скарлетт отродясь еще не видала, - да и сама Кэтлин - в платье из вылинявшей полосатой бумажной ткани, которая раньше шла только на одежду для слуг, в шляпе, завязанной под подбородком обрывком шпагата, - являла почти столь же жалкое зрелище. |
| She rode up to the front porch but did not dismount, and Scarlett and Melanie, who had been watching the sunset, went down the steps to meet her. | Она подъехала к дому, но не спешилась, и Скарлетт с Мелани, стоявшие на крыльце, любуясь закатом, спустились по ступенькам ей навстречу. |
| Cathleen was as white as Cade had been the day Scarlett called, white and hard and brittle, as if her face would shatter if she spoke. | Кэтлин была так же бледна, как и Кэйд в тот день, когда Скарлетт заезжала их проведать, - бледное, суровое лицо ее казалось застывшим, как фарфоровая маска, словно она дала обет молчания и боялась хоть единым словом его нарушить. |
| But her back was erect and her head was high as she nodded to them. | Но сидела она на своем муле очень прямо и голову держала высоко. |
| Scarlett suddenly remembered the day of the Wilkes barbecue when she and Cathleen had whispered together about Rhett Butler. | Скарлетт внезапно вспомнился прием у Уилксов и как они с Кэтлин перешептывались по поводу Ретта Батлера. |
| How pretty and fresh Cathleen had been that day in a swirl of blue organdie with fragrant roses at her sash and little black velvet slippers laced about her small ankles. | Как свежа и хороша была в тот день Кэтлин в пене голубого органди с душистыми розами у пояса, в маленьких черных бархатных туфельках, зашнурованных крест-накрест вокруг стройных лодыжек. |
