| They were good people and they needed only a short acquaintance with Carpetbaggers and Carpetbag rule to become as resentful of them as the native Georgians were. | Это были в общем-то люди порядочные, и им достаточно было короткого знакомства с "саквояжниками" и их нравами, чтобы относиться к ним так же, как уроженцы Джорджии. |
| Many became Democrats and more Southern than the Southerners. | Многие из этих пришельцев стали демократами и в большей мере южанами, чем сами южане. |
| Other misfits in Scarlett's circle remained there only because they were not welcome elsewhere. | Другие переселенцы остались среди друзей Скарлетт только потому, что их нигде больше не принимали. |
| They would have much preferred the quiet parlors of the Old Guard, but the Old Guard would have none of them. | Они бы охотно предпочли тихие гостиные "старой гвардии", но "старая гвардия" не желала с ними знаться. |
| Among these were the Yankee schoolmarms who had come South imbued with the desire to uplift the Negro and the Scallawags who had been born good Democrats but had turned Republican after the surrender. | К числу таких людей относились наставницы-янки, отправившиеся на Юг, горя желанием просветить негров, а также подлипалы, родившиеся добрыми демократами, но перешедшие на сторону республиканцев после поражения. |
| It was hard to say which class was more cordially hated by the settled citizenry, the impractical Yankee schoolmarms or the Scallawags, but the balance probably fell with the latter. | Трудно сказать, кого больше ненавидели коренные горожане - непрактичных наставниц-янки или подлипал, но, пожалуй, последние перетягивали чашу весов. |
| The schoolmarms could be dismissed with, | Наставниц можно было сбросить со счета: |
| "Well, what can you expect of nigger-loving Yankees? | "Ну, чего можно ждать от этих янки, которые обожают негров? |
| Of course they think the nigger is just as good as they are!" | Они, конечно, считают, что негры ничуть не хуже их самих!" |
| But for those Georgians who had turned Republican for personal gain, there was no excuse. | А вот тем уроженцам Джорджии, которые стали республиканцами выгоды ради, уже не было оправдания. |
| "Starving is good enough for us. | "Мы ведь смирились с голодом. |
| It ought to be good enough for you," was the way the Old Guard felt. | Вы тоже могли бы смириться", - так считала "старая гвардия". |
| Many ex-Confederate soldiers, knowing the frantic fear of men who saw their families in want, were more tolerant of former comrades who had changed political colors in order that their families might eat. | Многие же бывшие солдаты Конфедерации, видевшие, как страдают люди, сознавая, что их семьи нуждаются, куда терпимее относились к бывшим товарищам по оружию, сменившим политические симпатии, чтобы прокормить семью. |
| But not the women of the Old Guard, and the women were the implacable and inflexible power behind the social throne. | Но ни одна дама из "старой гвардии" не могла этого простить-то была неумолимая и непреклонная сила, являвшаяся опорой определенного порядка вещей. |
| The Lost Cause was stronger, dearer now in their hearts than it had ever been at the height of its glory. | Идеи Правого Дела были для них сейчас важнее и дороже, чем в пору его торжества. |
| It was a fetish now. | Эти идеи превратились в фетиш. |
