| First, it proved indubitably that she and her husband occupied separate rooms, in itself a shocking enough state of affairs. | Во-первых, все узнали, что она и ее муж спят в разных комнатах, а это уже само по себе не могло не произвести шокирующего впечатления. |
| Second, everyone thought that if the child was afraid to sleep alone, her place was with her mother. | А во-вторых, все считали, что, если уж девочка боится спать одна, ее место - рядом с матерью. |
| And Scarlett did not feel equal to explaining that she could not sleep in a lighted room nor would Rhett permit the child to sleep with her. | Скарлетт же не могла объяснить всем и каждому, что она не в состоянии спать при свете, да к тому же и Ретт не допустил бы, чтобы девочка спала с ней. |
| "You'd never wake up unless she screamed and then you'd probably slap her," he said shortly. | - Вы в жизни не проснетесь, пока она не закричит, а если и проснетесь, то скорее всего отшлепаете ее, - отрезал он. |
| Scarlett was annoyed at the weight he attached to Bonnie's night terrors but she thought she could eventually remedy the state of affairs and transfer the child back to the nursery. | Скарлетт раздражало то, что Ретт придает такое значение ночным страхам Бонни, но она подумала, что со временем исправит дело и переведет девочку назад в детскую. |
| All children were afraid of the dark and the only cure was firmness. | Все дети боятся темноты и единственное тут лекарство - твердость. |
| Rhett was just being perverse in the matter, making her appear a poor mother, just to pay her back for banishing him from her room. | Ретт упорствует только затем, чтобы выставить ее в глазах всех плохой матерью и таким путем отплатить за то, что она изгнала его из своей спальни. |
| He had never put foot in her room or even rattled the door knob since the night she told him she did not want any more children. | Он ни разу не переступал порога ее комнаты и даже не брался за ручку двери с того вечера, когда она сказала ему, что не хочет больше иметь детей. |
| Thereafter and until he began staying at home on account of Bonnie's fears, he had been absent from the supper table more often than he had been present. | Ужинал он почти всегда вне дома - до тех пор, пока страхи Бонни не побудили его прекратить все отлучки. |
| Sometimes he had stayed out all night and Scarlett, lying awake behind her locked door, hearing the clock count off the early morning hours, wondered where he was. | А то, бывало, он проводил вне дома всю ночь, и Скарлетт, лежа без сна за плотно закрытой дверью, прислушивалась к бою часов, возвещавшему наступление утра, и раздумывала, где-то Ретт. |
| She remembered: | Ей вспоминались его слова: |
| "There are other beds, my dear!" | "На свете есть немало других постелей, прелесть моя!" |
| Though the thought made her writhe, there was nothing she could do about it. | И хотя при этой мысли ее всю передергивало, ничего поделать она не могла. |
| There was nothing she could say that would not precipitate a scene in which he would be sure to remark upon her locked door and the probable connection Ashley had with it. | Что бы она ни сказала, мгновенно возникла бы ссора, и тогда он непременно намекнул бы на ее запертую дверь и на то, что это связано с Эшли. |
| Yes, his foolishness about Bonnie sleeping in a lighted room--in his lighted room--was just a mean way of paying her back. | Да, эта его дурацкая затея, чтобы Бонни спала при свете - причем в его комнате, - объясняется, конечно же, всего лишь подлым желанием отплатить ей. |
