Я закусила губу. С этим не поспоришь, ни в альтарской, ни в фессалийской армии женщинам нет места. Даже если Шэн согласится, меня с позором изгонит высшее командование. Как убедить его? Как добраться до Дитера? Прикинуться куртизанкой, или…
Мой взгляд упал на развешанные по стенам кинжалы, пробежал по фигуре Ю Шэн-Ли – подтянутой, не слишком высокой.
«Ты почти с него ростом», – поддакнул ехидный голос.
Слегка мешковатая одежда, скрадывающая очертания фигуры, волосы до плеч, всегда стянутые в узел на затылке. Если одеться как альтарец, то вполне могу…
«Уверена?» – шепнул мягкий бесплотный голос.
– Да! – я вскинула подбородок и смело поглядела в глаза Ю Шэн-Ли. – Шэн, я умею ездить верхом, Дитер меня немного научил стрелять из мушкета, ты научить рукопашной схватке. Шэн, я поеду с тобой не как женщина или куртизанка, а как воин и твой ученик.
«Малютка-воин», – вспомнились слова Оракула, и меня обдало ознобом, но кулон успокаивающе запульсировал на груди, и оба голоса одновременно дохнули мне в уши:
«Получится… получится!»
– Это… Небесный Дракон знает, что такое, – медленно произнес Ю Шэн-Ли. Его грудь тяжело вздымалась, он отошел на шаг и оперся ладонями о край чайного столика. Я не понимала, гневается он или нет, но мышцы на лице подрагивали и хмурились черные брови.
– Это плохая идея, Мэри-Он, – начал он, но я пылко перебила его:
– Это очень хорошая идея! Ведь ты посол, тебе не нужно быть на передовой! И я могу всегда быть рядом. Я не буду бесполезной, о, нет! Я умею немного писать по-альтарски, и очень хорошо по-фессалийски, могу исполнять поручения в качестве гонца. Я хорошо держусь в седле! Могу готовить, мыть полы, ухаживать за ранеными… да много чего еще! Никто никогда не узнает! Никто не раскроет, если ты согласишься прикрыть меня!
– А если раскроет, мы оба пойдем под трибунал, – мрачно ответил Ю Шэн-Ли, ладонью прикрывая глаза. – Я обещал другу заботиться о его жене, и вот… нет, нет! Это безумная затея! Не позволю…
Я вскинула руки в жесте отчаяния, в груди клокотал огонь.
– Ты знаешь, что такое любовь? – срываясь, продолжила я. – Что значит пустой миг без родного прикосновения, взгляда, без теплого слова? Однажды я чуть не потеряла Дитера, и не хочу потерять его снова! Ты должен меня понять, Шэн! Если ты когда-либо любил…
Сложив ладони на груди, я умоляюще поглядела на альтарца. Он молчал, непрошибаемый, как статуя. Его глаза темнели, глубокие, как колодцы. И я почувствовала, что почти проваливаюсь в них. Кулон снова кольнул шею, точно подтолкнул меня к падению. И вдруг границы черноты раздвинулись, и я увидела женщину. Альтарку.
Она сидела в задумчивости под облетающем сливовым деревом, а у ее ног играла девочка, складывая пирамидку из гладко отшлифованных голышей.
– Я маленькое яблочко, – напевала она, – душистое и сладкое, с красными щечками. Кто любит меня больше всех? Конечно, мама и папа!
«Ее зовут Ю-Мин, – подсказал мягкий голос. – И она похожа на мать».
«Больше на отца, – возразил ехидный голос. – Посмотри-ка на форму подбородка! Такой же острый и упрямый».
– Ю-Мин, – тихо повторила я.
Изображение смазалось и исчезло, оставив после себя только легкую зыбь перед глазами, да еще побелевшее, ошарашенное лицо Шэна.
– Что? – услышала я точно сквозь вату. – Что ты сказала?!
– Она похожа на маму и папу, – сонно произнесла я, – маленькое яблочко с красными щечками. Кто любит ее больше…
– Откуда?! – вдруг закричал Ю Шэн-Ли. На какой-то момент показалось, что он накинется на меня и хорошенько встряхнет за плечи. Но я не отступила, а он взял себя в руки, и только дышал тяжело, сверля меня отчаянным взглядом.
– Откуда ты знаешь это имя? – снова спросил он, и голос дрогнул.
– Увидела, – ответила я, стряхивая дремотную слабость. – Только что… У нее упрямый подбородок, как у отца… как у тебя, Шэн! Кто она?! Твоя… – догадка кольнула меня в висок вместе с тихим шепотом: «Его дочь».
Альтарец выдохнул и пригладил ладонью блестящие черные волосы.
– Никто не знает о ней, – сказал он. – Даже Ди-тер… я не говорил ему никогда, это моя самая большая тайна.
– Почему? – спросила я, подходя ближе и заглядывая в его лицо. Теперь оно немного осунулось, стало печальным и бледным. – Ты никогда не рассказывал о себе, Шэн. Почему даже Дитер не знает, что у тебя есть дочь?
– Потому что Ю-Мин мой внебрачный ребенок, – тихо ответил Ю Шэн-Ли, и в его глазах замерцала грусть. – Это давняя история…
– Расскажи? – я взяла его за руку и приготовилась слушать.
