– Посмотрим! – хвастливо заявил партнер капитана Фа. – Самогон принесли?
– Полные бутыли! – закричали из толпы.
– Ну, так разливайте игрокам!
Зазвенели стаканы. Я ощутила слабость в ногах и тихо произнесла:
– Как… игрокам?
– А что такое? – поднял брови капитан Фа. – Вам ведь известны правила «пьяной катаранги», не так ли? Тот, чью фигуру «съели», выпивает стопку. Выигрывает тот, кто дольше всех продержится на ногах.
– Да! – закричали со всех сторон. – Даешь «пьяную катарангу»!
Я в испуге взглянула на Ганса. Но, кажется, он и сам не ожидал такого поворота.
Отказаться и уйти! Да. Это возможно сделать прямо сейчас. Я уже приподнялась с места, чтобы так и поступить, как вмешался Умник.
«Не волнуйтесь, хозяйка, – подбодрил Умник. – Мы сейчас обыграем альтарцев всухую! Не посрамим честь фессалийцев!»
«Как всухую? – вылез со своим мнением Забияка. – Решил меня на трезвом пайке держать?»
«Тебе полезно».
«А вот и нет!»
«Да», – Умник был непреклонен.
«Нет!»
«Да-а…»
– Хватит! – я хлопнула ладонью по столу, и фигурки подпрыгнули, а Ганс поглядел на меня с недоумением. Я шмыгнула носом и поправила: – Я имею в виду, не наливайте много…
– Первый стакан победный! – возразил партнер Фа Дэ-Мина. – До краев и до дна!
– До краев и до дна! – поддержали галдящие наперебой альтарцы. Рядом шнырял вездесущий Ченг, и кто-то отвесил ему подзатыльник:
– Иди отсюда! Мал еще самогон хлестать!
– Я только посмотре-еть, – проныл мальчишка, и тут же затерялся в толпе, поблескивая восторженными глазами.
– Пожалуй, мы не… – начал Ганс, но Забияка решительно выдохнул через мой рот:
– Будем!
С губ сорвалось крохотное облачко пара. Я икнула и тряхнула головой, в горле запершило. Еще этого не хватало!
«Спокойно, хозяйка, – шепнул Забияка поудобнее устраиваясь у меня в горле. Это ощущалось, как если бы мне сделали легкую анестезию, язык онемел, слегка ощущался ментоловый привкус. – Спирт я беру на себя. Вы даже не почувствуете».
«Пьянь!» – фыркнул Умник.
«Я огнедыщащий дракон, – запальчиво возразил Забияка. – Мне нужно топливо!»
– Вот и хорошо, – сказал Фа Дэ-Мин, приводя собственные фигуры к боевой готовности. – А то можно подумать, не мужчины вовсе.
Я вздрогнула и нахмурилась. Глаза капитана блестели.
«Белые начинают, – подсказал мне Умник. – Первый ход Е-Два».
Я послушно передвинула стилизованную фигурку солдата. Фа Дэ-Мин без размышлений ответил, передвинув свою фигурку. Дальше свой ход сделал Ганс и его противник.
– Ску-учно! – протянул кто-то из толпы, и боднул макушкой фонарь, отчего тот закачался, поливая стол густо-желтым светом. – Ганс, давай наступление «Крылья Ветра»?
– Спасибо, умник, – процедил адъютант, недобро стрельнув взглядом на подсказчика. – Теперь мне нужно придумывать что угодно, но только не «Крылья Ветра».
Альтарцы загоготали. Фа Дэ-Мин тоже усмехнулся:
– Совсем играть не умеете. А ведь ходили слухи, что Его Сиятельство генерал один из лучших игроков. Неужели не научил ни своего адъютанта, ни своего брата?
– Это только начало, – спокойно возразил Ганс. – Не торопись судить по первой битве о всей войне.
Мы сделали следующий ход. И еще.
«Наша задача сейчас обмануть противника, – шепнул Умник. – Позвольте так, хозяйка…»
На миг моя рука обмякла, а потом помимо моей воли потянулась к фигурке офицера.
– Умно, – заметил Фа Дэ-Мин и выдвинул своего.
– Надо было лошадью ходить, – заметил из-под чьей-то руки вихрастый Ченг.
– Умолкни, малец! – прицыкнули на него.
Ганс поставил вперед фигурку башни, а его противник передвинул солдата, буркнув под нос недовольно:
– А и правда. Дэ-Мин, тебя сейчас съедят.
– Подавятся, – усмехнулся капитан Фа.
– А ведь и правда, капитан, – сказала я, аккуратно переставляя свою фигурку. – Я «съел» вашего солдата.
И смахнула с доски красную пешку.
– Приятного аппетита! – фыркнул капитан и театрально поднял стопку в тосте. – За твое здоровье, Мар-Тин!
И опрокинул в горло.
– Первая чарка крепит, вторая веселит! – радостно подхватил кто-то из альтарцев.
– Третья как милая подруга, четвертая как суровая жена, – ухмыльнулся Ганс.
– А вы сами женаты, господин адъютант? – спросил Фа Дэ-Мин, стукая стопкой о стол.
– Женат, капитан, – ответил тот, раздумывая над ходом. – А вы?
– Еще никто из прелестниц не смог укорениться в моем сердце и связать брачными узами, – хвастливо сказал Фа Дэ-Мин. – Ого, господин адъютант! Да что ж вы так неосмотрительно пошли? Сейчас и вашего солдата…
– Уже! – довольно отозвался его партнер и убрал с доски пешку Ганса. – Ваша очередь!
Налили и Гансу. Морщась, он выпил до дна.
– Наш пьет, не прольет! Усом не моргнет! – выкрикнули из толпы фессалийцев.
– Как же вас супруга на войну отпустила? – продолжил Фа Дэ-Мин. Но глядел почему-то не на адъютанта, а на меня.
– Мой долг защищать родину, – ответил Ганс. – Жюли это понимает.
– Хорошо, когда жена слушается своего мужа, – поддакнул партнер Фа Дэ-Мина. – Моя чуть истерику не закатила. Не поедешь и все! – вздохнул и передвинул своего коня. – Вас «съели», господин Мартин.
– Как? – растерялась я, неуверенно моргая и глядя на доску. – Мой солдат стоял совсем не тут!
