– А ты за кого болеешь, щенок? – вспыхнул альтарец, поднимаясь во весь рост. – За белых, – он указал на мои фигуры, – или за красных? – и указал на фигурки Фа Дэ-Мина, чья ситуация была крайне плачевна.
– Я за правду! – ответил Ченг и тут же получил подзатыльник. – Ай, чего деретесь?!
– Что знаешь! – огрызнулся альтарец. – Нет смысла так играть, когда один юнец поддается, а другие сопляки меня в мошенничестве обвиняют! Не успели из пеленок выползти, а все туда же!
– А ну, за слова отвечай! – прорычал капитан Фа. Подскочив, он двинул офицера кулаком в бок. Тот взревел и ухватил капитана за ворот мундира. Фа Дэ-Мин отшатнулся, схватился одной рукой за стол, второй подхватил трость и что есть силы наотмашь хлестнул ею обидчика. Но тот уклонился, и удар пришелся по стоявшему рядом фессалийцу.
– Господа, что же это делается! – закричали по-фессалийски. – Наших бьют!
– Давай!
– Вали!
– И-ээхх!!
Ганс едва успел дернуть меня за локоть. Кто-то налетел, смял игральную доску. Фигуры фейерверком взметнулись к небу, застучали о землю и чьи-то головы. Фонарь качнулся и лопнул, рассыпав колкие искры. Я пригнулась, одной рукой придерживая живот, другой голову.
– Уходи, уходи! – кричал мне Ганс, но его быстро оттерли в сторону.
Я заюлила между военными, перед глазами мелькали красные альтарские мундиры и черные фессалийские, драконы что-то кричали в моей голове, но я не разбирала слов. Кто-то подставил подножку. Я вскрикнула и взмахнула руками, заваливаясь вперед. Земля завертелась и понеслась к моему лицу, но удара почувствовать не успела: чья-то рука рванула меня за мундир, помогая удержать равновесие.
– Сюда, щегол! – прошипели по-альтарски. – Курс на часовую башню, зови дежурных офицеров! Пшел!
Подняв взгляд, я увидела перекошенное окровавленное лицо Фа Дэ-Мина. Встряхнув меня, он легким пинком ниже спины придал мне вектор движения, и я, не успев удивиться, вылетела из толпы и во весь дух помчалась по полю.
– Драка! – кричала я, размахивая руками. – Эй, там драка! Скорее!
За спиной слышались крики, грохот и улюлюканье.
11. Черные всадники
Ночь успела перетечь в слабо розовеющее утро, а мы все еще стояли перед дежурными майорами, оправдываясь за давешнюю драку. Мы – это зачинщики, всего двадцать три человека, к которым приписали Фа Дэ-Мина, его партнера по «пьяной катаранге», Ганса и меня. Из нас всех наиболее мрачно выглядел генеральский адъютант. Прожигая во мне дыры осуждающим взглядом, он цедил через губу:
– Представля-яю, как рассердится Его Сиятельство…
– Но я ничего такого не делала, – шепнула я, уловив момент, пока майор отчитывал очередного провинившегося.
– А азартные игры? – прошипел Ганс. – А самогон? А драка, в конце концов?
– Я не участвовала в драке, – возразила я и заработала грубое замечание от майора. Дернулась и вытянула руки по швам: кажется, у меня начали вырабатываться армейские привычки.
– Никто не будет разбираться, – зло процедил Ганс. – А я как Его Сиятельству объясню? Тоже мне, удалой солдат нашелся!
Он снова фыркнул, а в моей голове радостно и немного пьяно запел Забияка:
– Заткнись! – прицыкнула я.
Ганс завел глаза.
– Куда? – в пустоту вопросил он. – Куда делать милая фройлен с речью певучей и нежной? С ласковыми руками? С щечками, алыми, как клубника? Нет ее, пропала. Не узнаю этого грубого солдафона, что пьет деревенский самогон и огрызается на старого друга, как последний неотесанный крестьянин! Чемпион «пьяной катаранги», пропойца и сердцеед!
Теперь уже майор велел всем заткнуться, а я покраснела.
«Вы хорошо вжились в роль, хозяйка», – заметил Умник.
«А почему? Да потому! – пропел Забияка и икнул. – Наша малютка-воин растет, как быстро время летит!»
Кажется, он даже всплакнул. По крайней мере, я невольно икнула следом за ним и выпустила изо рта белое облачко пара. Кажется, мои драконы росли вместе со мной. Если так дело пойдет и дальше, скрывать их станет все труднее.
«Как и вашу беременность», – откликнулся на мои мысли Умник.
Он был прав, и я молилась про себя, чтобы в наказание меня не направили на какие-нибудь тяжелые работы. Молитвы были услышаны, но только наполовину. Хорошая сторона заключалась в том, что меня отправили на кухню драить кастрюли. Плохая состояла в том, что кастрюли пришлось драить на две армии – фессалийскую и альтарскую. Не выспавшаяся, сердитая, уставшая к полудню я чувствовала себя Золушкой. Правда, в мультфильме Золушке помогали какие-то мыши. В моем распоряжении был только два дракона, оба почти бесплотные, а один из них даже пьяный.
«Ничего, хозяйка. Нам бы немного продержаться!» – подбодрил меня Умник.
– Почему? – машинально отозвалась я.
