Мечи Домена пришли в движение за миг до атаки и в мгновение ока превратили двух мёртвецов в гору изрубленной плоти. Мечи выставленные для отражения ударов арийца, даже не замедлили движения его клинков. Лишь пару искр высекли из стали и были сбиты мечи мертвецов, а их тела, словно мягкое масло, разрублены на несколько частей.
Логан ударил широким движением, слева направо, в движении опуская лезвие ниже к земле. Трое мёртвых были разрублены надвое, выставленные для отражения удара мечи, не смогли сдержать яростной мощи сына Славного города Тара.
Пробитые в рядах мертвецов бреши, не разрушили их строя. Словно опытные солдаты, гниющие мертвецы тут же вновь обступили их со всех сторон, сомкнув ряды. Удары мёртвых вновь посыпались на их головы и отразить их все, не смог бы никто – разве что сыны Славного города. Впрочем, долго сражаться и оставаться в живых, будучи окружён со всех сторон, не смог бы ни один воин, сколь бы силён он ни был. А в ситуации, когда враг не испытывает страха и действует слаженно не смотря на ни что, да ещё и воняет хуже всех выгребных ям мира вместе взятых…, собственно, несмотря на подступавшее к их разумам боевое безумие, арийцы это прекрасно понимали. Оставаться в кольце врагов долго, они не собирались. Они завязали бой, позволили врагу окружить себя. Теперь пора делать следующий шаг, вполне осуществимый и нормальный для сынов Тара, но безумный и практически не выполнимый, почти для всех прочих воинов Катхена и Арии.
Почти одновременно издав свирепый рёв, подстёгнутый и тем, что хлынувшая из порубленных тел вонища почти лишила их зрения, арийцы ринулись вперёд, разбрасывая хлипкие, гнилые тела врагов, словно тряпичные куклы. Естественно, разбрасывали не только ударами ног, локтей и рукоятей мечей, в процессе они не забывали рубить клинками всё, что походило на чьи-то тела и до чего они могли дотянуться. Зрение их пострадало от нестерпимой едкой вони, мир превратился в мешанину теней – не важно. Просто нужно рубить те тени, что имеют более густой цвет.
Собственно, и поэтому тоже, бой начинали спиной к спине – в данной ситуации, следуя сквозь строй врагов плечом к плечу, они легко могли зарубить друг друга.
Яростный натиск арийцев пробил две широкие сквозные бреши в плотных рядах низкорослых мертвецов - для Катхена, вполне себе рослых, даже может быть более рослых, чем в среднем по региону. Однако на фоне сынов Тара, они выглядели подростками…, выглядели бы, если бы были живы. Сейчас, сгнившие, худые как щепки, с серой кожей испещрённой синюшными венами и потоками гноя, они смотрелись крайне жалко на фоне своих огромных мускулистых противников.
Логан протаранил ряды мертвецов, словно падавший по склону холма, каменный блок. Несчастные покойники разлетались подобно невесомым щепкам. На излёте своего яростного рывка, в последних рядах, он вонзил лезвие меча в лицо одного из врагов, ухватил за глотку второго и с рёвом гневным ринулся дальше. Почти сразу остановился, сообрзаив, что врагов впереди нет, и шустро развернулся, напряжённо щурясь и, рукой, в которой сжимал рукоять меча, пытаясь стереть слёзы с покрасневших глаз. Зрение практически отказало, в носу – словно туда песка насыпали, да не простого, а смешанного с чем-то липким, вонючим и приторным.
Тут слева кто-то очень нагло и сильно сердито зашипел.
Арийский король немедленно взревел раненным быком и поспешно развернулся к наглому врагу, подло подкравшемуся сбоку. Поднял меч в своей руке, дабы свирепым ударом разрубить его надвое, но…, никого. Опять хрипы и шипение и опять слева! Он развернулся снова. Пальцы сжимают меч, бешенство клокочет злобным рыком в груди – что это за враг такой? Не видно, лишь слышно его!
Пальцы второй руки крепко сжались в кулак – если не мечом, так этим кулаком он…
По пальцам левой руки потекло что-то жидкое, склизкое такое...
Бешеный взгляд обратился туда – в левой руке исступлённо бьётся покойный противник, потерявший своё оружие не так давно. Это тот самый покойник, что стоял у него на пути и замахивался мечом, дабы нанести ему смертельную рану. Логан отразил его удар, выбив оружие, а затем схватил его пальцами за глотку и…, и не заметил, как с собой утащил.
А если бы у этого существа был кинжал при себе?
В бешенстве от такой вопиющей оплошности, Логан поднял мертвеца повыше, да встряхнул его так сильно, что у бедняги голова и отвалилась. Куда-то по земле катится, на кочках подпрыгивает, а тело вниз упало к его ногам. Да…, упасть-то оно упало, да тут же стало подниматься, вообще не обращая внимания на то, что недокомплект частей у него теперь. Причём частей очень важных. А это уже ни в какие ворота. Пусть мертвец, но ведь с мечом и в бою повержен! Так нет же – не обратив на это всё никакого внимания, тварь пытается встать и продолжить бой! Оно было бы достойно и похвально, но не с таким противником и не после потери головы.
Взбешённый бесчестной низостью мертвеца – наглый крестьянин, сражённый рукой арийского короля, пытается подняться и продолжить сражение! Без головы!
