Как видишь, все это довольно просто и не требует специальной длительной тренировки.
От мамы я не получаю писем ужо несколько недель подряд. Привет ей от меня. Мы здоровы, Джим тоже, пока все благополучно, чего и вам желаю.
Р. S. Когда приедете?
ДО О. Л. ЖЕЛЯБУЗЬКОГО
Здравствуйте, дорогой Алексей Леонидович!
Жаль, что я не знаком ни с одной из упомянутых Вами Ваших пьес *. Если б был в Москве, я б с радостью прочитал их, хоть они и не окончены. Инсценизация «Овода» убедила меня в том, что Вы полнокровный драматург. Неужели Вы и «Казаков» считаете потерянной позицией?
«Любовь на рассвете»... Из Вашего письма я узнал, что есть уже «Путешествие на рассвете». Придется менять заглавие. Откровенно говоря, я жалею, что подписал договор с вахтанговцами. На Украине было бы гораздо легче ее поставить... И, вообще, выходит с ней как-то нелепо. Вахтанговцы уехали на 2 месяца, ц все это время приходится таиться с ней от света небесного...
По-дружески говоря, какое-то неловкое чувство пробуждает во мне поведение Георгия Михайловича. Отправил ему пьесу по авиа. Когда ответа о получении не последовало, я попросил Женю * позвонить к Шипову. Тогда он назвал меня почему-то паникером п кончил разговор с ней тем, что посоветовал ей... идти спать. (Жене уже, слава богу, 27 лет), чем ее больно задел. Потом позвонил мне, рассказал о выезде вахтапговцев и почему-то даже заявил, что они отказались платить ему за перевод, хоть общеизвестно, что плата за перевод исчисляется из поступлений. Когда я спросил, как ему поправилась пьеса, он ответил: «Вы порядочный человек, что написали такую пьесу». Я попросил отправить мне письмо с более обсто
ятельной оценкой. Он обещал, по ни Георгии Михайлович, ни — что больнее всего — Анна Михайловна ничего по написали. А я ведь здесь никому ее по показываю... и так хочется знать чье-то мнение...
Впрочем, может, мои претензии к Шипову не обоснованы и вызваны моей мнительностью и тем, что меня раздражает его протекционный топ. Ну, что ж, закусим удила н будем терпеливо ждать.
«Карьеры Бекетова» не читал, по на днях почитаю. Смешно, но и грустно, ибо, в конце концов, речь идет не о карьере Бекетова, а о карьере Софронова *. Жалко его. Ведь это,—как пишет газета,—«молодой драматург», а такое крушение.
ДО О. Л. ЖЕЛЯБУЗЬКОГО
Искреннее спасибо за память, дорогой Алексей Леонидович!