После выдвижения Скотт оказался совершенно не в состоянии залечить раскол в партии. Во время съезда Джон Минор Боттс из Вирджинии представил письмо Скотта, в котором говорилось, что если он будет номинирован, то в своем письме о принятии полностью одобрит резолюции компромисса. Позже южные виги потребовали от него выполнения этого обещания. Однако под сильным давлением свободной почвы он лишь нехотя заявил, что принимает номинацию "с приложенными резолюциями".20 Это был единственный комментарий Скотта на протяжении всей кампании по главному вопросу выборов. Шесть дней спустя девять южных конгрессменов-вигов, правильно поняв, что номинант не осмелился одобрить платформу, объявили, что не будут его поддерживать. Среди них были Александр Х. Стивенс и Роберт Тумбс из Джорджии, а также представители Алабамы, Миссисипи, Вирджинии и Теннесси. В ходе кампании в оппозицию перешли и такие видные виги, как Кеннет Рейнер из Северной Каролины, Уодди Томпсон из Южной Каролины и Уильям Г. Браунлоу из Теннесси.21
По мере продолжения кампании Скотт оказался не в состоянии остановить это дезертирство на нижнем Юге. Легко критиковать его тактическую некомпетентность, но на самом деле он столкнулся с ужасной дилеммой. Он мог вернуть утраченные позиции на Юге, только поддержав Компромисс, что привело бы к более чем эквивалентным потерям на Севере. Его дилемма была еще хуже, чем у демократов, потому что северные виги, будучи в целом более решительными противниками рабства, чем северные демократы, не пошли бы на такие уступки, на которые были готовы пойти северные демократы ради поддержки южан. Поэтому он не мог избежать тяжелых потерь в той или иной части страны и предпочел, по сути, понести их на Юге.22
Масштабные последствия этого выбора проявились в результатах выборов. Шесть штатов нижнего Юга отдали Скотту только 35 процентов своих голосов. В 1848 году эти же штаты отдали Тейлору 49,8 процентов. Любой читатель, знающий, насколько стабильной обычно остается сила партии от одних выборов к другим, даже в условиях так называемых обвалов и фиаско, поймет, что южные виги понесли одно из самых резких поражений в американской политической истории.
Говорить, как это делают некоторые авторы, о "разрушении" партии вигов на Юге - преувеличение. Хотя кандидатура Скотта была очень слабой в штатах Персидского залива, он сохранил значительную силу на верхнем Юге, взяв Теннесси и Кентукки и добившись значительных успехов в других пограничных штатах. В результате Скотт получил 44,2 % голосов избирателей в рабовладельческих штатах, что превышало его процент в свободных штатах. Хотя многие видные виги нижнего Юга отказались от него, другие упорно боролись за его дело.23 Организации вигов штатов продолжали держаться вместе и посылать сенаторов и представителей в Конгресс, и в 1856 году Миллард Филлмор, баллотировавшийся как двойной кандидат от вигов и американцев, получил 43,9 % голосов в рабовладельческих штатах и 41 % в нижнем Юге - на 6 % больше, чем имел Скотт. Но этот результат был получен только в сочетании с американской партией и в то время, когда кандидат не вел серьезной борьбы за голоса северян и поэтому мог обратиться к южанам за поддержкой. Опыт Скотта показал, что сильная биссекционная комбинация вигов уже не выдержит.
Напряжение, вызванное проблемой рабства, оказалось сильнее для вигов, чем для демократов, по ряду причин. Во-первых, коалиция вигов с самого начала была исключительно рыхлой; она так и не достигла той сплоченности, которой демократы добились при Джексоне, Ван Бюрене и Полке. Две президентские кампании, которые выиграли виги в 1840 и 1848 годах, прошли без партийной платформы. Основой для единства вигов стала их преданность двум вдохновляющим лидерам - Генри Клею и Дэниелу Вебстеру, оба из которых умерли в период между выдвижением Скотта и его поражением, но не раньше, чем Вебстер, озлобленный собственной неудачей в выдвижении и раздраженный секционализмом северных вигов, отказался поддержать билет вигов.24
Во-вторых, идеологические разногласия по поводу рабства поразили