В течение часа Альбус прикидывал, во что способны для него вылиться последствия подобного беспредела, и пришел к неутешительным выводам – в такой обстановке говорить о своих политических идеях бесполезно и даже в некоторой степени рискованно. Люди требуют обеспечения безопасности, а он, Дамблдор, не может им ее гарантировать по той простой причине, что использует Барти как рычаг давления на общественное мнение. Какой-то замкнутый круг получился. К концу завтрака Альбус был настолько взвинчен, что ему срочно требовалось выплеснуть собственное раздражение и желательно – на виновника сложившейся ситуации. Недолго думая, он отправил патронус Петтигрю, назначая через полчаса встречу в коттедже.
***
Питеру, конечно же, не удалось найти предателя. Большинство принявших участие в вылазке в Косой Переулок получили ранения и теперь залечивали травмы. Однако практически каждый четвертый из задействованных в операции не вернулся на базу Упивающихся, что давало повод считать, что не всем повезло выжить. Самое неприятное заключалось в том, что оставалось неизвестным наверняка – они погибли, были захвачены в плен или просто сбежали, струсив.
– Вот список тех, кто не возвратился после задания, – Питер, дождавшись, когда Барти закончит завтракать, положил перед ним пергамент с двумя десятками имен. Он старался держаться отчужденно, чтобы своим поведением не рассердить Предводителя. За ночь тот, конечно, немного успокоился, но рисковать все же не стоило. – У кого есть семьи – я послал наших ребят проверить, не отправились ли они домой.
– У троих… нет – четверых была метка, – проглядев список, заметил Барти. – Сейчас проверим, – он прикрыл глаза и попытался настроиться на вызов конкретных соратников. Через несколько минут, так и не добившись установления явного контакта, он решил послать им болезненное предупреждение. Легкая отдача и тоненькая струйка дармовой магии говорили о том, что кто-то из них все же был жив. Барти мстительно усилил магический нажим. – За всех не скажу, но, по крайней мере, один или двое получили от меня привет. Надеюсь, они скоро вернутся… или поостерегутся болтать лишнее, если их схватили, – его голос сочился злорадством и обещанием кары.
– Нужно бы как-то узнать, сколько наших попало в лапы авроров, – вполголоса заметил Питер. – Думаю, что предателя следует искать среди них, – он кивнул на список.
– Не слишком ли расточительно – внедрять своего человека для того, чтобы победить лишь в одной схватке с нами? А они обыграли нас, несмотря на то, что в общем-то мы поставленную задачу выполнили и перевыполнили, – Барти недовольно хмыкнул – он не хотел подчиняться ничьим распоряжениям. Ему претило кланяться кому бы то ни было – пусть даже и такому великому волшебнику, как Альбус. – Вот Дамблдора и заставим повертеться – пускай узнает, кого из наших захватили. Это в его интересах. Пора и ему внести вклад в наше общее дело, а не только раздавать команды.
Стоило лишь Барти замолчать, как в комнату влетел патронус и весьма раздраженно голосом Дамблдора приказал им обоим явиться на встречу в условленном месте.
– Вот уж правда – лучше не вспоминать дьявола, если не хочешь с ним встретиться, – пробормотал Питер, понимая, что разговор предстоит, скорее всего, непростой.
– Еще посмотрим, кто из нас дьявол, а кто его подручный, – злобно насупившись, рыкнул Барти – он был рассержен и тоном послания, и категоричностью требования Альбуса.
***
На встречу с Дамблдором Барти и Питер преднамеренно прибыли с солидным опозданием, заставив того хорошенько позлиться.
– Неужели я не ясно приказал, когда следует явиться? – вместо приветствия сердито поинтересовался Альбус у вошедших в дом союзников, остановившись посреди комнаты после беспрерывной нервной беготни от стены к стене.
– Твое послание застало меня перед самым завтраком, – соврал Барти и тоже проигнорировал правила этикета, только фыркнув в ответ. – И вообще – у нас могли быть срочные планы. В следующий раз постарайся предупреждать заранее о своем желании поболтать, – Барти бесцеремонно уселся за стол, кивком указав Питеру на место рядом с собой. Если Дамблдору нравилось вести беседу стоя – это его дело, решил он. – Мы тебя слушаем.
– Это я вас слушаю! Что вы натворили? Мы же договаривались, что пока не будет собран отряд Ордена Феникса, вы не станете устраивать светопреставление. Я о чем вас просил? – Дамблдор навис над Барти, потрясая кулаками. Это стало грубой ошибкой.
– Ты просил пустить кровь – мы так и сделали, – голос Барти был предельно холоден от с трудом сдерживаемого гнева – он никому не собирался позволять говорить с собой в подобном тоне. – Дела твоего Ордена меня не волнуют. Если ты не способен за полгода согнать в кучу своих идеалистов, то это твои проблемы. И не смей повышать на меня голос-с-с… – под конец фразы он почти шипел.
