Отправив рано утром сову в редакцию «Пророка», как и планировал накануне, Дамблдор сразу после завтрака отбыл в Министерство Магии, особо уведомив об этом Снейпа, вскользь намекнув ему о причине своего вояжа. Северус немедленно связался с Томом, чтобы тот сам подготовился к визиту директора школы и по возможности сообщил об этом Фаджу. Понятие «предупрежден – значит вооружен» было весьма актуально в сложившейся в последнее время обстановке в их мире.
Секретарь сдержанно известил Дамблдора, что у министра оперативка с начальниками отделений, и попросил его подождать в приемной, предложив принести чаю. Эта непредвиденная задержка действовала на нервы. Альбуса вообще удивила утренняя встреча руководителей Министерства. Раньше Корнелиус довольствовался отчетами подчиненных и собственными письменными указаниями им. Ни о каких собраниях и речи не было, когда за его работой приглядывал сам Дамблдор. Альбус до сих пор не мог понять, как так случилось, что ортодоксы перехватили у него бразды правления. Да, он осознавал, что ослабил контроль, позволив делам идти своим чередом, но чтобы вот так проморгать полную смену приоритетов власти… Подобное раздражало так же, как и подозрительные взгляды Перси Уизли, занимавшего сейчас место первого секретаря министра. Его семейство тоже ловко ушло из-под влияния. И Блэк, и Люпин, и Грюм… Все… Все бежали от него, как от чумного. Размышления не давали сосредоточиться на вопросе, который привел сюда Альбуса, поэтому он все же согласился на чашку чая, чтобы хоть немного отвлечься от дум о приближавшемся крахе. Кем-кем, но идиотом Дамблдор не был, а отрицание действительности служило ему лишь способом не поддаваться панике.
Все совещавшиеся, видимо, ушли через камин в кабинете, потому что никто в приемной не появился, но Уизли вдруг заявил, что министр готов принять посетителя. Минуя стол секретаря, Дамблдор заметил исчезавшие слова на одном из пергаментов и догадался, что Корнелиус уже в курсе, кто к нему пожаловал.
– Мистер Дамблдор, проходите. Присаживайтесь, – Фадж на пару секунд приподнялся со своего места, приветствуя бывшего покровителя, и указал на стул напротив своего стола. – Я могу чем-то помочь?
– Что ж это ты так официально, Корнелиус? – хмыкнул Альбус, покачав головой и сделав определенные выводы из такого поведения своего протеже. – Я хотел бы узнать, следствие идентифицировало мага, входившего в Арку Смерти во время летнего инцидента? Они рассмотрели мои показания? А то мне в Аврорате отказываются сообщать.
– Да. Это ответ на оба ваших вопроса. Еще что-то? – Фадж был немногословен. Том успел его предупредить о возможной теме визита Дамблдора, и, похоже, он оказался весьма верно проинформирован.
– То есть подтверждено, что им был Том Риддл? – Альбус сдерживался как мог, чтобы не спешить с обвинительной речью.
– У следствия с самого начала не было на этот счет никаких сомнений. Мы прекрасно знали, что это именно Том Риддл спас мистера Гарри Поттера, – заметив, как на лице Дамблдора отразилось сперва недоумение, а затем крайнее негодование, Корнелиус поторопился расставить акценты в своей позиции: – Да, я сразу узнал его еще в Отделе тайн. Мне только непонятно, почему вы на него напали. Следствие тоже теряется в догадках, потому что ваши объяснения звучат как минимум странно.
– Странно? Что в них неясного? Том Риддл приговорен к уничтожению, а ты заявляешь, что не понимаешь моих доводов? Он – преступник! Как ты можешь его покрывать?! – Дамблдор под конец сорвался на крик. – Его нужно бросить в Азкабан!
– Альбус, – Фадж сменил деловой тон на такой, каким разговаривают с больными и не совсем адекватными людьми, – Том Риддл оправдан Визенгамотом.
– Что?! Я не видел сообщения об этом в прессе – значит, это неправда! – у Дамблдора от услышанной новости заболело сердце, а перед глазами от гнева все поплыло, словно в тумане. Пришлось приложить усилия и взять себя в руки.
– Об этом было в министерском еженедельном бюллетене. Но так как открыто новое производство на основе обвинений Волдеморта, то суд принял решение, пока идет следствие, не оповещать общественность, чтобы не нагнетать обстановку и не… вспугнуть тех, кто виновен в фальсификации дела Тома Риддла, – Фадж не был жестоким по натуре человеком. Но он получал откровенное удовольствие, наблюдая, как злят его слова Дамблдора, как приводят того в бессильную ярость, заставляя комкать бороду и сидеть так, будто под задом раскаленные угли, а не мягкая обивка весьма удобного стула. – Неужели у тебя нет друзей в Визенгамоте, чтобы быть в курсе событий?
– И ты с ним на короткой ноге? Да? С преступником, которого лишь формально оправдали? Раз следствие продолжилось, то значит…
– Это значит, что мистер Том Риддл останется моим официальным главным советником до того времени, пока не докажут, что он нарушил закон, – твердо припечатал Фадж.
– Он рвется к власти, как ты не понимаешь, Корнелиус? Он подомнет тебя и будет руководить магической Британией так, как ему вздумается! – Дамблдор все же вскочил с места, высказывая свое мнение.
