Его мысль, рвущаяся сквозь невидимые преграды, неслась в будущее, к тихой, опоясанной кокосовыми пальмами, небесной заводи. К потрясающему морскому курорту Каеп, где он воздвигнет свой отель, а толстобрюхие туристы из Европы станут оставлять в нем свои деньги. И чем ближе его мечта, тем больше на его приборной панели зарубок.
Впереди показалась провинциальная дорога, идущая на юго-запад. Сквозь стену непроходимых джунглей она вела в небольшой поселок Пайлин. Он находился в пограничной с Таиландом зоне, богатой рубиновыми россыпями. И вплоть до 2000 года полпотовские недобитки контролировали ее. Но в исходе жестоких боев были разбиты и откинуты в Таиланд.
Боковым зрением, отмечая дорожный знак «Пайлин», Охотник взглянул на дремавших монахов и свернул на проселочную дорогу. Затем, отъехав недалеко от шоссе № 5, на ходу принялся за работу. Дальнейшие движения были отработаны до автоматизма. Надеть плотные очки, натянуть респираторную маску и, щелкнув потаенную кнопку, впустить в салон автомобиля сонный газ.
…Когда все было закончено, Охотник остановил машину и включил вытяжной механизм. Газ, усыпивший монахов, втянулся в специальный патрубок и вышел наружу. Затем, сняв очки и маску, Охотник выволок монахов в кусты и ножом ударил каждого в область живота. Обшарив истекающих кровью монахов, он нашел в складках одежды Бреда три тысячи долларов, крест и фолиант Крепфола. Колода выпавших оттуда же карт его не привлекла.
Сев в машину, Охотник сделал ножом две новые зарубки и тронулся в путь, в сторону небольшого поселка Пайлин.
Сиамреап. Отель «Ангкор». Номер Крейса и Таны. 13:30 дня
Тридцатиметровый моток альпинистского шпагата, мощный фонарь и небольшой ломик, купленные в одном из хозяйственных магазинов города, были упакованы в дорожную сумку.
Пепельница на журнальном столике была полна горкой сигаретного пепла, а сознание Крейса, вместе с клубами витиеватого дыма поднимаясь к высоким потолкам, уносилось ввысь.
Все шло по плану. Взятый у Чена бьюик, точно кусок колбасы, привел к нему этого ненасытного ПСА. Не приметить летящий над шоссе вертолет Крейс просто не мог. Также как не мог не заметить и пристальной слежки у въезда в город. Поход в хозяйственный магазин и выбор самого лучшего отеля – лишь часть его плана. Мальчишка сделает все, как надо. Все, что произойдет после, – незапланированный экспромт. Сегодня все закончится.
Отель «Ангкор», в котором остановились Крейс и Тана, являлся одним из крупнейших в провинции Сиамреап, и его архитектура, как и многое другое в стране, несла в себе органический синтез зодчества и скульптуры Ангкорской империи. Главный вход отеля украшал монументальный портик с растительным орнаментом и изображением мифологических существ. Внешний же облик самого здания формировал потрясающий зрительный эффект, созданный ритмически последовательным разнообразием архитектурных элементов. Взятые из истории и мифологии кхмеров каменные панно акцентировались на крупноплановом изображении ликов Будды, подчеркивая их бытовыми картинами из жизни кхмеров той эпохи.
В Сиамреапе действовал второй, после Почентонга, международный аэропорт, и для туристов, приземлившихся в нем, знакомство с эпохой минувших столетий начиналось с высоты птичьего полета. Захватывающая душу панорама – четкие границы квадратов полей, отделенных друг от друга дамбами, сеть магистральных и отводных каналов, несущих воду рек и бараев на отдельные участки полей, аккуратные, в зелени джунглей деревушки и, конечно же, сам Ангкор.
Многие века Ангкор находился в плену джунглей, но в годы независимости* сюда пришли люди и техника. Прокладывались сотни километров асфальтированных дорог, налаживались экономические и культурные связи, возводились отели, не уступающие по техническому оснащению европейским, и даже был построен аэропорт международного класса.
Независимость* – независимость, декларированная договором 1949 года, когда кхмерский народ с себя сбросил колонизаторские оковы Франции.
Однако, как свидетельствуют найденные в районе Ангкора на камнях надписи, в свое время Ангкорская империя была высокоразвитой цивилизацией.
История гласит, что первый камень Ангкорской империи был заложен индийским царем-воином Ишанаварманом Первым. Со времен его царствования и начинается, собственно, история Камбоджи. Архитектура и скульптура Ишанавармана Первого и по сей день сохранила следы влияния индийских прототипов, но далеко не доминировала над самобытным почерком кхмерского искусства.
