– Хорошо, сынок, розгами накажем! – отворяя дверь и заходя в переднюю, пробормотал инспектор. – Только не сейчас, сейчас пусть она поработает, как следует! Марта, я уже пришёл! – крикнул он, осторожно ссаживая сына на пол.
– Я слышу, дорогой! – сказала жена, не оборачиваясь. Как раз в это время она что-то сердито выговаривала служанке, а потом, размахнувшись, влепила ей звонкую пощёчину.
– Ещё, мама, ещё! – восторженно запищал Алекс. – Ну, пожалуйста! Она меня во дворе обижала! Розгой лупила!
– Вот уж не надо врать! – засмеялся инспектор. – Это ты её розгой лупил, я же видел…
– Я потом лупил, а сначала она! А ещё подзатыльник мне отвесила, вот!
– Подзатыльник?
Инспектор внимательно посмотрел на служанку и та, под его пристальным взглядом, побледнела.
– Это правда?
– Не было этого, господин! Клянусь вам, не было ничего такого!
Голос у служанки был до того дрожащий и испуганный, что, казалось, что она вот-вот в обморок грохнется.
– Ладно, иди! – сказал инспектор и, повернувшись к жене, спросил: – Или ты ей что-то приказала сделать, Марта?
– Ковры пускай выбьет, дрянь ленивая! – со сдержанной злостью отозвалась Марта. – Вот же дал господь служанку – еле поворачивается! И готовить не умеет, самой пришлось за плитой стоять!
И она, не в силах больше сдерживаться, залепила служанке ещё одну пощёчину.
– Ещё, мама, ещё! – повторно запищал Алекс, хлопая в ладони. – Ну, пожалуйста!
– Да, пожалуйста!
После третьей пощёчины служанка, наконец-таки, залилась слезами.
– Не смей плакать, уродина! – топнула ногой Марта. – За ковры и бегом выбивать!
Когда служанка, всхлипывая, покинула переднюю, Марта подошла к мужу и прижалась к нему. Вернее, попыталась прижаться и даже обнять, но инспектор ловко и совершенно необидно от этих объятий смог уклониться. Как-то само собой это у него получилось, вроде как от великой усталости… и Марта, приняв это за основную версию, лишь тихонько вздохнула.
– Я по тебе скучала!
– Ну, вот ещё! – засмеялся комиссар. – Всего-то несколько часов и не виделись…
– Я просто беспокоилась, – пояснила Марта. – Я всегда беспокоюсь, когда ты из дома уходишь. Особенно по вечерам…
По вечерам комиссар уходил часто. Вернее, почти каждый вечер. И вовсе не по делам службы, как он объяснял то жене. Иные были у него вечерние интересы…
Интересно, знает ли Марта о его многочисленных любовных шашнях на стороне? Вернее, догадывается ли? Возможно, и догадывается, просто виду не подаёт?
Вот это инспектору больше всего и нравилось в Марте: умение всегда вести себя так, будто ничего особенного в их семье и не происходило.
– Ну, всё, всё! – прошептал он, подходя к жене и довольно неловко обнимая её за плечи. – Сейчас не вечер, так что беспокоиться и вовсе незачем было!
Марта ничего не ответила, и тогда инспектор наклонился и поцеловал её в шею.
– А я?! А меня?! – завопил Алекс, подскакивая на одной ножке.
– И тебя! – наклонившись, инспектор поцеловал сына в макушку, на которой едва пробивались мягкие прозрачные чешуйки. – Ну, иди в детскую, погуляй там пока! Потом мама тебя покормит.
– Сам-то обедать сейчас будешь? – спросила Марта. – Или отдохнёшь пока?
– Да некогда отдыхать, – поморщился инспектор, направляясь в сторону кухни. – Сейчас перехвачу немножко и в резервацию.
– К Корнелиусу?
Корнелиус являлся заместителем коменданта резервации, и инспектора связывала с ним большая личная дружба, а ещё они уже много лет крепко дружили семьями.
– Вообще-то, я, скорее, к этому идиоту коменданту, – усаживаясь за стол и пододвигая к себе тарелку, доверху наполненную обжаренными до золотистой корочки личинками жука-древоточца, проговорил инспектор. – Но и к Корнелиусу тоже заскочу. Обязательно!
И он торопливо принялся за еду.
– Вкусно? – спросила Марта.
– Весьма! – одобрительно кивнул головой инспектор. – Это потому, что ты сама готовила! Эти уроды… они только продукты портить мастера! Особенно эта кулёма…
– Вот потому-то мне и нужна вторая служанка! – заявила Марта, садясь напротив. – Твой дядя хорош – взял и оставил нас без служанки! Хотя…
Не удержавшись, она прыснула в ладошку.
– Но, но! – шутливо погрозил жене пальцем инспектор. – Не забывай, что мой дядя – в первую очередь, мой прямой и непосредственный начальник! А уж потом дядя!
– Ох, как ты его боишься! – уже в открытую рассмеялась Марта. – В общем, ты поговори там с комендантом насчёт внеочередной служанки.
– Поговорю!
– Не забудешь? А то ты такие мелочи очень легко забываешь!
– Так, то – мелочи! – улыбнулся инспектор. – А служанка… служанка – это, знаешь ли, серьёзно!
– Это я говорю с тобой сейчас серьёзно! А тебе всё бы шутить!
Ничего на это не отвечая, инспектор отодвинул тарелку и залпом выпил стакан черничного кваса, по крепости почти не уступающего настоящему пиву. Потом торопливо встал из-за стола.
– Ну, всё, Марта, я пошёл!
И он направился к двери.
– Насчёт служанки не забудь! – крикнула вслед жена.
– Не забуду!
