ПЕНИЕ ПТИЧЕК. УМИРОТВОРЕННОЕ, успокаивающее. Ветерок колышет тонкую занавеску и слегка щекочет кожу. Удивительно, как рассвет может отличаться от глубокой ночи, чувствоваться абсолютно иначе. Я смотрю, как раскаленный шар поднимается в небе, окрашивая все вокруг в ярко-оранжевые тона. Они тянутся небрежными мазками по небу. Озеро издалека кажется спокойным, лишь слегка подпрыгивают и пенятся волны.
Уильям спит. Казалось, он не заснет никогда… но десять минут назад произошло чудо. Я выскальзываю из его объятий, сразу ощущая пустоту и холод. Его лицо даже во сне кажется задумчивым и напряженным. Губы сжаты в тонкую линию, насупленные широкие брови темнее платиновых спутанных волос на голове. Если бы я была художником и мне нужно было изобразить падшего ангела, я бы нарисовала Уильяма Маунтбеттена.
На часах шесть утра. Впереди учебный день, но после вчерашнего все кажется столь… бессмысленным. Да, именно бессмысленным, хотя это и глупо. Ведь в отличие от Люси Ван дер Гардтс я жива и мне предстоит строить свою жизнь. Или хотя бы выжить, мерзко вторит внутренний голос. Отгоняю все непрошеные мысли, словно назойливую муху. Мне нужно уйти из комнаты Уильяма до того, как вся академия проснется. Я тихонько встаю с постели и замираю, когда он нежно обхватывает мою ладонь.
– Не уходи, – едва слышно повисает между нами.
Но глаза его все так же закрыты. Секунды три я пытаюсь понять, проснулся ли он, но он продолжает тихо посапывать. Он взял меня за руку во сне, это так…
– Люси, не уходи, – вновь нарушает тишину тихий голос, и что-то стремительно ломается внутри меня.
Какая я дурочка! Конечно, Люси. Неужели ты подумала, что он хочет, чтобы осталась ты – Селин? Медленно, чтобы не разбудить, я вытаскиваю руку из его слабой хватки, оставляя мужскую ладонь пустой.
Мне нужно переодеться в форму, привести себя в порядок, повторяю я мысленно. Мне нужно уйти отсюда и выбросить все глупые мысли из головы. Уильям Маунтбеттен – кузен наследника английского престола. А кто я? Дурочка стипендиатка Селин Ламботт. Скорее! Отсюда необходимо уйти как можно быстрее. Вот только не могу же я надеть мокрые пижамные штаны. Идти в одной футболке кажется небезопасным, но я не хочу рыться у него в вещах. А мне нужны шорты, спортивные штаны… что угодно. Я все постираю и верну в первозданном виде.
Я стараюсь почти беззвучно приоткрыть первый ящик его комода, но там нет вещей. Ключи, ручки, листы и рамка с фотографией. На нее с меня смотрит Люси, ее широкая улыбка будто гипнотизирует, глаза сверкают, рыжие волосы переливаются в лучах солнца. А рядом стоит Уильям… он такой другой! Его серые глаза не похожи на тучи… они поблескивают серебром. На снимке есть надпись, внизу, почти у самого края: «Ты никогда не разлюбишь меня! Просто знай это! ХО Люси». По телу бегут мурашки. Правду говорят – в чужих шкафах прячутся скелеты. Я кладу фотографию на место и плотно прикрываю ящик. Что же случилось между вами? Отчего ты возненавидела его? Немыслимо! Люди на снимке казалась такими счастливыми. Но ведь счастье не длится вечно… Все равно, Селин! Плевать, что у них там случилось. Уходи из этой комнаты, пока он не проснулся, пока ты вновь не заглянула в его глаза и не превратилась в безвольную идиотку. Вам не по пути.
Я забираю с батареи свои тапочки – они расклеились, но хотя бы высохли – и решаю, что, завернувшись в полотенце, все же могу рискнуть и добежать до своей спальни. Больше открывать шкафы мне не хочется. Достаточно встреч с призраками.
Как только я выхожу из здания общежития, понимаю, что не одна встаю в шесть утра. Парни вовсю наворачивают круги вокруг стадиона. Я быстро бегу вдоль тропинки к женскому общежитию в надежде остаться незамеченной. Но Этьен тут как тут.
– Привет! – громко здоровается он.
Надо отдать должное, выражение его лица ничуть не меняется при взгляде на мой прикид. На парне спортивные треники и безрукавка. На темной коже выступил пот. Он вытирает его тыльной стороной ладони.
– Ты пошел спать в три ночи и встал на пробежку? – качая головой, бормочу я.
– Не пропускаю пробежку, иначе весь день пройдет дерьмово, – с улыбкой сообщает он, а затем более серьезным тоном спрашивает: – Как ты?
– Отлично. Но, боюсь, ненадолго. Мне в таком виде еще предстоит заглянуть к мадам Де Са.
Брови Этьена взлетают вверх.
– Ты не перестаешь удивлять меня, – бросает он. – Могу поинтересоваться, какова цель визита?
Я пожимаю плечами:
– Ничего секретного, я забыла ключ-карту в своей комнате. Надеюсь, мне попадется Клодит, а Де Са не узнает о моем, как ты выразился, визите.
Ведь как только я приведу себя в порядок, мне предстоит показать ей все ужасы, которые вчера прислали. Черт! Я оставила снимки и записку с угрозой у Маунтбеттена. Как можно быть такой разиней! Дура! Идиотка! Чем ты только думала? Ведь это важные улики.
Видимо, выражение моего лица меняется, отражая весь спектр эмоций. Этьен вытягивает перед собой руку и мягким, успокаивающим тоном произносит:
– Так, спокойствие. Я могу помочь. Помнишь Alohomora? – Парень проигрывает бровями.
