— А подобные ослабления ты не находишь… нечестными? — приподнял бровь я.
Сэр Колн внезапно снял свой закрытый шлем, показывая мне лицо ещё не древнего, но уже пожилого морщинистого мужчины с седыми волосами. И лучезарно улыбнулся.
— Ты не заметил, да? Несколько рыцарей, что стояли ближе к тебе, попали под твой первый, да и под все последующие удары. Мы выстояли и можем сражаться. Если они слишком слабы, что падают от этого на колени… Это их проблемы. Здесь мы наравне.
Рыцарь вновь водрузил себе на голову шлем, плотно пристёгивая его к доспехам, и вздел меч над головой, закричав:
— Пленных не брать, рыцари! Сегодня мы — карающий меч правосудия, рука нового легендарного короля, как бывало в легендах! Сражайтесь без тени сомнений в сердцах, и да не останется на поле боя ни одного живого подлеца!
Возможно, отдай я такой приказ, то мне бы отказали… Но магистра ордена послушали все: разве может ошибаться лучший из рыцарей людей, верно? Рыцари ордена врубились в едва успевших подняться гвардейцев Ренегона, войдя туда как нож в масло. Землю плато оросили реки крови…
Первые ряды пали быстро. Армия медленно приходила в себя пытаясь подняться, я же зорко следил за небом и осадными орудиями, сводя на нет все их усилия помешать бойне. В какой-то момент гвардейцы Ренегона почти пришли в себя… Но, к моему удивлению, рыцарей это даже не замедлило!
Как заправские мясники, они продолжали уничтожать один ряд за другим, пробиваясь в покрытых кровью латах всё дальше и дальше вглубь войска… Я интересом наблюдал за этим, подойдя ближе, и даже скрестил меч с парой солдат Ренегона, когда ряды рыцарей стали растягиваться.
Вопреки моим ожиданиям, стоящий передо мной воин совершенно неумело заблокировал удар, позволив мне серьёзно повредить его щит, а вторым выпадом я и вовсе легко достал его, вскрыв горло вместе с кольчужным воротником…
Магистр тем временем убил четверых, правда. Я пнул труп ногой, внимательно его рассматривая… И мгновенно понял, в чём дело.
Нет, это был гвардеец Ренегона. В сине-белых доспехах и плаще, безусловно. Вот только доспехи были не латами из великолепной стали, а старыми, потрёпанными железными латами, что явно видали лучшие деньки и служили не одному поколению бойцов. А сам воин не имел даже усов…
Сотня тысяч гвардейцев: огромная армия по любым меркам. Ренегон смог собрать столько бойцов, объявив набор в гвардию… Но вот критерии их оснащения и подготовки, похоже, сильно упали. Первые ряды, несомненно, были хороши и могли бы с поддержкой остальных без особых проблем задавить даже армию лучших рыцарей королевств. Но когда они пали, сражённые моими проклятиями…
Неопытные воины с мечами из простого железа и простенькими дешёвыми латами, вдобавок, едва отошедшие от мощнейшей слабости и наверняка чувствующие себя крайне скверно: они просто ничего не могли противопоставить лучшим рыцарям королевств в самых дорогих доспехах из лучшей стали. Их просто вырезали!
Я хмыкнул, перехватил меч поудобнее и решил тоже прикончить пару бойцов. На фоне этих вояк даже мои собственные навыки фехтования смотрелись достаточно хорошо, чтобы справиться одновременно с несколькими. Это было по-настоящему приятно: убивать людей вместе с самыми благочестивыми рыцарями королевств… Теперь-то они от меня точно никуда не денутся, замазанные такой кровью. Остаётся только помочь и поверить в придуманную мною иллюзию до конца, пожалуй, у меня даже была пара идей на этот счёт.
— У меня двадцать! — крикнул я сэру Колну, убивая очередного гвардейца. — Двадцать на одного, так ты сказал?
— Какой позор, брат — хмыкнул магистр. — Думаю, я достал уже как минимум полторы сотни. — Кажется, ты слишком засиделся без тренировок на своём троне. Удивительно, что ты вообще смог победить Кормира… Не иначе как Отец и правда на твоей стороне.
— А ты сомневался? — засмеялся я.
— До того, как случилась ваша дуэль, у меня были сомнения. — честно ответил магистр, разрубая гвардейца прямо с доспехами. — Но сейчас уже нет. Стрелы в честном бою лицом к лицу, тяжёлые болты осадного стреломета в грудь во время дуэли… В некогда самом доблестном и великом из королевств не осталось чести. А значит, их время прошло: и мы поможем тебе сломать его.
Старые правила умирали здесь и сейчас — это точно. Но ответить магистру я уже не успел. Потому что едва он закончил говорить, чудовищная волна пламени, возникшая из ниоткуда, накрыла наши позиции.
Я едва успел защитить себя сферой покрова смерти, но оказался полностью лишён обзора: настоящий ураган пламени бушевал со всех сторон, заставляя плавиться саму землю… Я перешёл на зрение глазоеда, попытался почувствовать силу смерти, но тщетно: находясь в самом центре огненного тайфуна, было невозможно понять, что происходит вокруг. Он был недостаточно силён, чтобы пробить мою защиту, но достаточно силен, чтобы скрыть меня от остальных…
Впрочем, я знал, как бороться и с подобным. Конечно, можно задеть своих — но что-то мне подсказывало, что там, где плавится земля, не выживают даже странники.
