Дверь скрипнула, закрываясь. Девушка вздрогнула и обернулась. Встретила мой взгляд. Медленно поднялась с табурета, глядя на меня огромными, испуганными глазами.
– Веля, ты нанята, – решила её не томить.
– Правда? – выдохнула она. Покорность судьбе во взгляде сменилось отчаянной радостью. – Спасибо, спасибо, госпожа, вы не пожалеете!
Она бросилась меня обнимать. Этот порыв был таким искренним, совсем детским. Я прижала её к себе и погладила волосы, прежде чем отстранить. Она послушно выскользнула из объятий и бросилась к двери.
– Веля, подожди, – моя просьба остановила её у самого выхода.
Она обернулась, удивлённо глядя на меня. Я даже задумалась, стоит ли критиковать её сейчас? Эта девочка такая порывистая и ранимая, хотя и пытается казаться сильной. Но если промолчать сейчас, потом может быть сложнее.
– Нам понравился обед… за небольшими исключениями. Однако я хочу, чтобы впредь ты пробовала то, что готовишь нам.
Её щёки резко порозовели.
– Но… – начала она.
– Это моё требование, – я перебила, понимая, что она боится трогать господские продукты. – И доешь, пожалуйста, наш обед. Можешь поделиться, с кем хочешь.
Учиться проще на своих ошибках. Если она сама попробует, что подала нам, в следующий раз будет предусмотрительнее.
Вечером я попыталась отдать Идану часть заработанных золотых, но он с улыбкой целовал мои руки и всячески отвлекал от темы. И проделывал это до тех пор, пока я не начала таять в его объятиях, начисто забыв о том, что такое деньги и для чего они нужны.
Однако счастье было недолгим. Спустя два дня доктор Ленбрау отправился к своим пациентам. А я принялась за работу.
Хотя и прежде не сидела, сложа руки. Я отобрала троих швей. Ну как отобрала… Взяла оставшихся.
Вельга уже прочно закрепилась на кухне. После нашей беседы она позвала девчонок на господский обед. Щучьи котлеты произвели фурор. А Веля стала обязательно пробовать всё, что готовит.
Ещё одну девушку, Ерину или Ерку, как её звали подруги, забрала Бабура. Ера знала грамоту и счёт, а ещё была умна и обладала спокойным характером.
Управляющая взяла её в помощницы.
– Сейчас помогать будет, а там, глядишь, и сменит меня, – представила Бабура свои аргументы.
Я сначала переживала за девушку, но эти двое неожиданно нашли общий язык. Ерка всюду ходила следом за управляющей, держа под мышкой большую тетрадь в твёрдой обложке, здесь такие называли амбарными книгами.
Ну а мне осталось трое сирот. Верена, Дейса и Фина. Все девушки неплохо шили и буквально на лету схватывали мои объяснения.
Мы устроили временную мастерскую в одной из гостевых спален. Мужики вынесли оттуда лишнюю мебель и принесли дополнительные столы. Помещение было не слишком большим, но трём девушкам места вполне хватало.
Я же собиралась работать одна, в своей прежней мастерской. Мало ли что придётся делать, да и привыкла уже.
Сначала моё внимание требовалось постоянно. Я следила буквально за каждым швом. На второй день я заходила примерно каждый час-два, проверить работу. Или кто-то из швей шёл ко мне за помощью. Затем девушки окончательно втянулись в процесс, увлеклись и даже предлагали мне свои варианты форм.
После отъезда Идана процесс пошёл в полную силу. Девушки шили сумки, я занималась их украшением.
Собирать цветы мне помогал Потька, одновременно развлекая рассказами из их с сестрой доприютской жизни. О времени, проведённом в доме призрения, мальчик говорил неохотно. А я и не настаивала, радуясь, что ребёнок не закрылся в себе и желает общаться.
Потьке нравилось жить в Любово. Он с радостью выполнял мелкие поручения, подносил инструменты, бегал с записками. Частенько можно было услышать громкое: «Потька, подь сюды!».
Во время одной из вылазок за пределы усадьбы он нашёл раненого зайчонка. Первым делом пришёл ко мне с вопросом – можно ли оставить себе и выхаживать?
Разумеется, я разрешила, понимая, что детям нужны питомцы, а Любово всё ещё не обзавелось ни собакой, ни кошками.
Весть мгновенно разлетелась по усадьбе. Теперь Потька стал героем. Деревенские приходили посмотреть на Мармелада, как назвали зайчонка. И всё чаще стали звать мальчишку с собой. А я надеялась, что скоро он вольётся в команду и станет своим.
Ребятня тоже не сидела без дела. Они собирали грибы и ягоды. Иста учила девочек различать травы для лечебных отваров.
Жизнь кипела. Любово наполнилось весёлыми голосами. А по вечерам с соседнего холма, на котором располагалась деревня, слышались песни.
Тридцать сумочек мы изготовили за рекордные одиннадцать дней. А потом ещё четыре я возилась с комплектом из колье, браслета и кольца, на которые у меня были особые планы.
Идана я уже неделю не видела и ужасно соскучилась. Один из пациентов тяжело заболел, поэтому доктор Ленбрау неотлучно находился при нём. Нарочный привёз записку от мужа, как раз когда я начала беспокоиться.
Ничего, завтра сама поеду в город и наконец увижу его. Хотя бы на несколько минут.
– Барышня! Барышня! – донёсся до меня крик, за которым последовали торопливые шаги и стук в дверь.
