Любовь, любовь, любовь! Старая история. Наконец, в порыве любви и восхищения, она поведала ему о своей огромной ошибке, что на несколько минут повергло его в мрачные раздумья, после чего он покровительственно произнес, что это совершенно неважно, потому что это была случайная детская ошибка. А затем последовал один из скоропалительных и явно необдуманных брачных союзов, сплошь и рядом случавшихся среди униженных бедняков, движимых стремлением к самосохранению. Нашли какого-то священника, чья вера в моральные устои, похоже, сделала это брак идеальным. Дальше – комната в дешевом пансионе и новая лучшая жизнь, где все начнется с чистого листа.
Тем, кому знакомы наглые и беспощадные повадки известного типа ястреба из преисподней, который выхватывает птенцов из гнезда и мышат с полей, считает жизнь лишь местом для охоты, где можно подмять под себя всех, кто физически или морально слабее, данное описание не покажется ни надуманным, ни ущербным. Ловцы чувственных наслаждений, меняющие женщин как перчатки, они ведут беспечную и достойную осуждения жизнь, и их жертвы могут засвидетельствовать, что какое-то время, находясь на их попечении или в их плену, они были вполне счастливы.
Так произошло и с Мадлен и ее возлюбленным. В ее естественных, пусть и неловких попытках создать домашний уют для совместной жизни и построить будущее, которое они разделят друг с другом, вызывали у него лишь снисходительную усмешку. Он считал это пустяками, в то время как для нее словно отворились небеса и она увидела новый мир. Пусть не теперь, не сразу, немного позже – поскольку новоиспеченный муж уже жаловался на обстоятельства, мешающие ему работать, – они объединят усилия, чтобы вместе создать себе лучшую жизнь, которая вскоре наступит в их доме, в их счастливом семейном гнезде. Мадлен даже задумывалась о детях.
Ее совершенно не шокировал тот факт, что муж жалуется на временные трудности, из-за которых им необходимо теперь считать каждый грош, и что на время, пока он не разберется с делами, ей нужно найти какую-нибудь подходящую работу, где она будет получать побольше.
И вправду для нее было неописуемой радостью пойти работать для любимого, ведь наконец она встретила любовь, великую спасительницу от всех земных невзгод, сметающую все непреодолимые преграды. Даже теперь любовь заставила ее жизнь снова распуститься, как цветок. Настал конец одиночеству и давящему равнодушию огромного моря жизни.
Однако, как и в первый раз, пробуждение от прекрасного сна было стремительным и обескураживающим. Уяснив, что она без памяти влюблена в него, восхищается его красотой, а его низкая подлая душонка стала для нее смыслом всей жизни, ему стало куда легче заверять ее, а вскоре и вовсе настаивать, что самый легкий и быстрый способ зарабатывать деньги (способ, к несчастью, ей уже знакомый) – есть наискорейший путь к разрешению всех свалившихся на него огромных неприятностей. Оказалось достаточно обычных россказней о грозящей катастрофе, внезапном проигрыше в карты, который может привести к тюремному заключению и вынужденной разлуке.
Он очень быстро заболтал ее сказками о том, как женщины выручили многих его друзей, оказавшихся в похожих обстоятельствах, о простачках и лопухах, стоящих вдоль дорог и ждущих, чтобы женщины заманили их в свои сети и обобрали. Стоит ли сомневаться? Вспомнить хотя бы жалкие нищенские гроши, которые она зарабатывала раньше, никчемность ее прежней жизни. Зачем теперь рисковать своим будущим счастьем? Зачем быть глупой и ограниченной? По его словам, к их любви это никакого отношения не имело. В конце концов, от нее что, убудет? Такими россказнями и уговорами он ее убедил.
Но теперь Мадлен мучили не стыд и не страх снова попасть под арест, но глубокая рана, которую ей нанесла и продолжала бередить любовь, о рубце, который горел, пылал и жег. Любовь, как она снова начала смутно догадываться, не должна быть такой. Если любовь – это то, о чем она всегда мечтала, то не должна ли она защищать ее и хранить для той же самой любви? И вот пожалуйста. Любовь снова посылает ее на улицу слоняться по подъездам и у витрин, чтобы строить глазки чужим мужчинам.
Эта мысль, словно колесо, крутилась у нее в мозгу и в душе, ибо, несмотря на горький опыт в чувствах, Мадлен твердо верила, что любовь не должна быть такой, и все тут.
Милые черты, которые и теперь, и долгое время спустя, как и черты ее первой любви, казались достойными поклонения, глаза, которые с любовью смотрели на нее, губы, которые так нежно улыбались и целовали ее, руки, которые ее ласкали, не должны принадлежать той силе, что заставила ее выйти на улицу.
Нет, любовь должна быть гораздо лучше. Он ведь и сам вначале ей говорил, что она ему дороже всего на свете, и вот теперь полюбуйтесь!
И вот однажды вечером спустя целых полтора года наступила развязка. Будучи особенно раздраженным очередным проигрышем и необходимостью терпеть Мадлен, пусть она и могла еще послужить ему как рабыня, он набросился на нее в припадке ярости.
