– Застава – в ружье! – Он бросил трубку. – Младший сержант Гуменный, к своему отделению! Поедете со мной. – И сказал часовому: – Вы, рядовой Сыровацкий, остаётесь на наблюдательном пункте. Следить за происходящим, и обо всех изменениях докладывать дежурному по заставе.
– Есть!
Савин поспешил с вышки. За ним Гуменный.
На заставе почувствовали тревогу. К дежурке стали подходить солдаты, сержанты.
– Что случилось, Лёша?
– Колуны доложили: китайцы на льду.
Пограничники поспешили во двор, посмотреть, что происходит на Уссури. Застава стояла сбоку от села, на правой его окраине, и падающий снег, все усиливающийся, и деревья, кустарники недостаточно хорошо позволяли видеть русло реки. Но то, что там большое скопление народа, и что оно не стоит на месте, движется, и движется на советскую территорию, было очевидно.
– Ты посмотри! Во наглатуха! То по одному жрать приходили, сейчас всем колхозом. Как мы его прокормим?
– Похоже, ратан, сейчас они нас почивать будут…
От недоброго предчувствия засосало под ложечкой.
– Таким коллективом в гости не ходят, тем более до масленицы ещё далеко.
Команда "в ружье!", прокатившаяся по заставе, привела подразделение в движение, осмысленное, расчётливое.
Когда на заставу быстрым шагом вошёл начальник заставы, за ним следом вбежали замполит, а за ними – зам по огневой и строевой подготовке и старшина, вызванные дежурным по заставе, – личный состав выстраивался в коридоре. Майор одобрительно кивнул дежурному и добавил:
– Одеваться теплей!
Прошёл в канцелярию, вместе с заместителями.
– Товарищи командиры, боевая тревога! Капитан Найвушин остаетесь на заставе за меня. Старшина Иевлев, продолжайте свои функциональные обязанности. Лейтенант Козылов со мной на лед. Одеваться тепло.
Лейтенант прибежал из дома в одной гимнастерке, даже без шапки. Капитан и старшина были в полушубках, но портупеи держали в руках. Все офицеры с семьями жили на территории заставы.
– Разрешите забежать на квартиру? – спросил лейтенант, заметно волнуясь.
– Одна нога здесь, другая там. Если что, догоняйте меня на льду.
– Есть!
Козылов выскочил из канцелярии и тут же скрылся за входной дверью заставы. Впрочем, его порыв не привлёк внимания, солдаты занимались расписанным для каждого из них делом. Обувались, одевались, выхватывали автоматы из пирамид, получали от дежурного подсумки с патронами, штык-ножи, и всё это в темпе скоростной перемотки киноплёнки.
Чем команда "в ружье" отличается от команды, скажем: "К бою!"? На заставе объясняли так: тем, что во втором случае, если даже ты в постели – в трусах ли, в кальсонах ли, или же ты успел на ходу попасть ногой в одну из штанин – ты уже с автоматом, ты уже в бою. В первом случае – ты успеваешь и правую ногу одеть в брюки, и в очень быстром темпе облачиться (зимой) в тёплую одежду, и уже через минуту стоять в строю в полной "боевой".
Когда из канцелярии вышли командиры, пограничники стояли в коридоре в две шеренги, поправляя на полушубках ремни, на которых висела вся экипировка, и на плече – автоматы. Послышалась команда:
– Застава, смирно! – подал общую команду дежурный по заставе. – Товарищ майор, личный состав застав построен!
Майор отдал честь и пошёл вдоль строя, присматриваясь к одежде солдат. Все были в валенках, в полушубках, в шапках. У всех лица сосредоточены, взволнованные.
– Товарищи пограничники, сейчас мы выйдем на лёд, навстречу к китайским гражданам. Приказываю: на все действия граждан делать предупредительные отмашки. Показывать жестами, чтобы они покинули нашу территорию. – Майор был внешне спокоен и говорил чётко, словно вычитывал из Устава пункты положений. – Проявлять максимум выдержки, на провокации не отвечать. Вопросы есть?
– Рядовой Михалкин. А надолго это?..
– Сейчас и будем выяснять. Вас откомандируем диппредставителем.
Застава засмеялась.
– Ещё вопросы есть?
Вопросов не последовало.
– Командиры первого и второго отделений, выделить связных в распоряжение капитана Найвушина и дежурному по заставе.
– Рядовой Михалкин, рядовой Билялиддинов, выйти из строя! – солдаты вышли.
– Застава, нале-о! В колонну по одному, за мной, бегом арш!
На дворе было тихо, но день потемнел. С востока находили тяжёлые холодные тучи. И, словно бы ожидая ненастья, ветер затих. Дымы из печных труб стекал по скатам крыш вместе с ленивыми лохматыми вихрами снега. Как будто бы они сгоняли их с жилищ. В окнах домов, приземистых от сугробов, кое-где горел свет. Вездесущие ребятишки толпились на улице и с любопытством наблюдали за происходящим на льду – с реки доносился гул, похожий на движение локомотива. И этот гул приближался к их берегу. Толпа на льду была многочисленной, отчего ледовая равнина потемнела.