ных гор: здесь хребты были особенно высоки и потому не так бдительно охранялись. Враги явились ночью, во время праздника, когда весь народ Гондолина собрался на стенах города приветствовать восход солнца пес-
нопениями; ибо на следующий день приходилось великое празднество, называемое Вратами Лета. Но алый отблеск озарил горы с севера, а не с востока; враги наступали, сокрушая все на своем пути; и подошли они к подножию стен Гондолина, и осажденный город был обречен.
О подвигах отчаянной доблести, свершенных полководцами знат-
ных родов, их воинами и не в последнюю очередь Туором, многое рас-
сказывается в «Падении Гондолина»; повествуется там и о гибели Рога за пределами стен; и о поединке Эктелиона Фонтанного с Готмогом, повелителем балрогов, прямо на королевской площади, – поединке, в коем оба нашли свою смерть; и о том, как домочадцы Тургона обо-
роняли башню короля, пока не рухнула она; с грохотом низверглась каменная твердыня – и Тургон погребен был под руинами.
Туор бросился на поиски Идрили, дабы спасти ее от мародеров, но Меглин уже схватил ее и Эаренделя; и бился Туор с Меглином на кре-
постной стене и сбросил предателя вниз, и тот разбился насмерть. Тогда Туор с Идрилью, собрав тех немногих уцелевших из народа Гондолина, кого смогли отыскать во всеобщем смятении и пламени пожаров, увели их вниз по тайному ходу, что Идриль приказала проложить в те дни, ког-
да одолевали ее недобрые предчувствия. Туннель тот не был еще завер-
шен, однако уже выводил на поверхность далеко за пределами стен, в се-
верной части равнины, где горы далеко отстояли от холма Амон Гварет.
Те же, что не пожелали пойти с ними, но бежали к старому Пути Спасе-
ния, выводящему в ущелье Сириона, были пойманы и уничтожены дра-
коном, коего Моргот послал караулить врата, будучи предупрежден о них Меглином. О новом же туннеле Меглин не слышал, и никто не ду-
мал, что кому-либо из беглецов придет в голову пойти на север, туда, где горы были особенно высоки и близко примыкали к Ангбанду.
Дым пожарищ и пар, заклубившийся над дивными фонтанами Гондо-
лина, кои иссушило пламя драконов Севера, окутали долину унылой пе-
леной тумана, и это немало способствовало бегству Туора и его отряда, ибо впереди их ждал открытый и весьма протяженный участок дороги –44 1УСТРОЕНИЕ СРЕДИЗЕМЬЯ§16
от выхода из туннеля до подножия скал. Но все же поднялись они в го-
ры, терпя непереносимые муки, ибо на ужасных вершинах царил холод, а среди беглецов было немало женщин, и детей, и раненых.
И вот достигли они жуткого перевала под названием Кристорн8, Расселина Орла, где под сенью высочайших пиков петляет узкая тро-
па: по правую руку стеною высится скала, а по левую разверзается страшная бездонная пропасть. По этой тесной дороге цепью растянул-
ся маленький отряд – и вдруг угодил в засаду к одному из дозоров Морготова воинства; а возглавлял тот дозор балрог. Ужасным было положение беглецов, едва ли спасла бы их бессмертная доблесть злато-
кудрого Глорфинделя, главы Дома Златого Цветка Гондолина, если бы вовремя не подоспел им на помощь Торндор9.
В песнях поется о поединке Глорфинделя и балрога на остроконеч-
ной скале среди горных круч; оба рухнули в бездну и нашли там свою смерть. Торндор же вынес из пропасти тело Глорфинделя, и погребли его у самого перевала, сложив курган из камней; со временем там зазе-
ленела трава, и крохотные цветы, подобные золотым звездочкам, зацвели среди скалистых пустошей. А птицы Торндора обрушились на орков, и те с визгом бросились назад: все они были перебиты или сбро-
шены в пропасть, потому известия о бежавших из Гондолина нескоро достигли слуха Моргота.
Так дорогами труднопроходимыми и опасными уцелевшие жители Гондолина пришли в Нан-Татрин и там отдохнули немного, залечили раны и восстановили силы, но невозможно было исцелить их скорбь.
И устроили они пир в память о Гондолине и обо всех, кто погиб там, –о прекрасных девах, и женах, и воинах, и короле их; немало чудесных песен пелось и о Глорфинделе возлюбленном. Там Туор поведал в пес-
не сыну своему Эаренделю о давнем явлении Улмо, о видении моря по-
среди земли; и тоска по морю пробудилась в сердце Туора и в сердце его сына. Потому перебрались они и большинство тех, кто был с ними, к устьям Сириона и к морю, и там поселились, и народ их присоеди-
нился к немногочисленному отряду Эльвинг, дочери Диора, что бежа-
ла в те места незадолго до того.
Моргот же в сердце своем торжествовал победу, даже не вспоминая о сыновьях Феанора и об их клятве – до сих пор эта клятва ничем не повредила ему, но, напротив, всегда оборачивалась ему же на пользу и в помощь. И смеялся он, погруженный в свои черные мысли, и не жалел об одном утраченном Сильмариле, ибо через него, полагал Моргот, последние жалкие остатки эльфийского рода вот-вот навсегда исчезнут с лица земли и не потревожат
61§«КВЕНТА» 145
более мир. Если и знал Моргот о поселении у вод Сириона, то не пода-
вал виду, выжидая своего часа и полагаясь на то, что клятва и ложь сде-
лают свое дело.
*
