Первое, что заметил Рэнд, вернувшись в номер отеля, пришедшее на компьютер сообщение. Второе — что Трейси куда-то запропастилась.
— Трейси? — позвал он.
Дверь в ванную была открыта, так что он просунул голову в дверной проем и позвал еще раз. Теперь Рэнд был уверен, что ее нет в номере. Он осмотрелся. Кровать не застелена, одежда валяется по полу, в углу стоит открытый чемодан. Поискал глазами какую-нибудь записку, но не нашел. Достал телефон и набрал номер дочери.
— Привет, это Трейси, — раздалось в трубке.
Голосовая почта. И тут его осенило. Он посмотрел на радиоприемник. 11.01.
— Ну конечно! — сказал он вслух.
«Наверное, она недавно проснулась и пошла поесть в кафе».
Перестав волноваться, Рэнд сел за компьютер. Пришло несколько писем по электронной почте, но его интересовало одно, от Нади Станишевой.
В строке «тема» стояло: «Предварительный анализ». Вот что писала Надя:
«Рэнд, было здорово получить от тебя письмо и узнать, что у тебя все в порядке. Я тоже в порядке, моя мама не поправляется, но, по крайней мере, ей не становится хуже. Спасибо, что спросил.
Фотографии, которые ты прислал, неплохого качества, но, сам знаешь, по фотографиям не особенно проведешь остеологический анализ. Я понимаю, что это максимум, что ты мог сделать, учитывая обстоятельства. Я напишу полный отчет позже, но, безусловно, ты понимаешь, что нельзя делать окончательных выводов, работая только с фотографиями.
На первый взгляд оба скелета превосходно сохранились. Поверхность костей выглядит так, будто с ними обращались чрезвычайно аккуратно. Я бы поставила обоим скелетам высший балл (насколько я могу судить по фотографиям). Впрочем, эту фразу — „насколько я могу судить“ — можно применить ко всем последующим заключениям».
Далее Надя подробно описывала особенности скелета Мириам. Практически полный скелет взрослой женщины ростом примерно метр шестьдесят два. Возраст — где-то около пятидесяти или немногим больше.
Но Рэнда больше всего интересовали результаты исследования второго скелета. Он читал их особенно внимательно.
