Но, даже получив независимость после 1960 года, сомалийцы не успокоились: произошло несколько государственных переворотов, а постоянная гражданская война, братоубийственная и жестокая, длится здесь по сей день. Даже всесильные Соединенные Штаты Америки не смогли принести сюда демократию и давно оставили эти попытки. С многочисленными буйствующими бандами не смогла справиться и миротворческая миссия ООН.
На почве отсутствия централизованного управления, профессиональных спецслужб и полиции в Сомали появилась новая исламистская организация аш-Шабаб. Ее цель — мир и шариат, но сначала джихад, война против всех врагов ислама на территории Сомали. И все бы ничего, просто борются за свободу и независимость своей родины. Но, как это часто случается в разных странах мира, высокие патриотические идеи служат ширмой для неоправданных жестоких убийств, грабежей, бандитизма. Не стала исключением и Федеративная Республика Сомали, вожди которой, прикрываясь патриотическими лозунгами и закрывая глаза на бесчинства своих армий, грабят и убивают свой народ. Организация Харакат аш-Шабаб аль-Муджахидин, «молодежное движение моджахедов» — не за «белых» и не за «красных», а только за свою гипотетическую независимость. Какую именно? Известно только им самим. Пока эта свобода выражается только в дружбе с «Аль-Каидой» и ненависти ко всему, что чуждо их идеологии.
Кроме всего прочего — внутренних проблем, обвала экономики и краха промышленности вследствие неграмотной и недальновидной политики — власти Сомали умудрились поссориться с соседями. Предметом раздоров явился «спорный треугольник» в Индийском океане площадью около 100 тысяч квадратных километров. Кто прав, а кто виноват — судить сложно, поскольку у каждого своя правда. Но реальность одна: напряженность между двумя восточноафриканскими государствами. Пограничные споры между Найроби и Могадишо сделали северный район Кении и Юг Сомали одними из самых опасных областей в Восточной Африке. Обе страны были на грани вооруженного конфликта.
Да, Виктор Лавров выбрал не самое удачное время для путешествия в Сомали. В любой момент он и его группа могли оказаться в эпицентре вооруженных разборок между боевиками аш-Шабаба и федеральным правительством Сомали, между войсками Республики Кения и аш-Шабабом. А хуже всего — полномасштабные боевые действия между Сомали и Кенией с бандитскими нападениями и на тех, и на других членами исламистской группировки аш-Шабаб.
— Восемь часов едем и никаких бандитов, — Маломуж крепко держался за борт, сидя в кузове небольшого грузовичка — такого старого, что его марку мог назвать либо хозяин, либо хороший эксперт.
— Не каркай, — настоятельно рекомендовал товарищу Хорунжий. — А то накличешь.
Группа Лаврова в сопровождении вооруженной охраны на удивление спокойно добралась до границы Кении и Сомали и пересекла ее. Было несколько небольших остановок, но, следуя инструкциям старшего охранника Муслима аль-Джалала, чтобы не привлекать особого внимания, больше десяти минут путешественники не отдыхали и, немного погуляв неподалеку от машины, все опять послушно усаживались в кузов, хотя боль в коленях из-за долгого пути уже давала о себе знать.
По дороге, на удивление неплохо асфальтированной, путешественникам встречались либо напуганные жирафы, решившие посоревноваться с машиной в скорости, несясь по саванне параллельно движению грузовичка, либо раздавленные обезьяны на дороге.
Здесь, как и во многих других частях Африки, павианы гамадрилы выходят прямо на трассу — просить подачки у проезжающих автомобилей. Но не все машины останавливаются, а некоторые, не сбавляя скорость, просто давят несчастных приматов и безнаказанно уезжают. Виктор любил зверушек и, будучи водителем, никогда не позволял себе наезжать на кошку или собаку. Он даже был готов поддержать ужесточение законов за издевательство и убийство животных, но здесь — что поделать? Оставалось только жалеть братьев наших меньших и скрепя сердце следовать дальше.
Но вот, когда устали уже даже полицейские, Муслим объявил часовой привал, чему был рад и осторожный Лавров, привыкший терпеть любые невзгоды. Хорунжий и Маломуж, крепкие и упрямые работяги телеканала, старались не подавать виду, что их что-то напрягает, но сообщение об отдыхе встретили с энтузиазмом. Грузовичок остановился на окраине небольшой кокосовой рощи, и мужчины радостно выскочили размять затекшие суставы.
— Ну, что? Чайку? — весело предложил Игорь, сделав небольшую зарядку и потянувшись.
— Все шутки шутишь? — обиженно насупился Маломуж.
— Во-во, — поддержал беседу Виктор. — Вам нужно дело делать, а вы в игрушки играетесь.
Лукаво улыбнувшись, Хорунжий сел на небольшой пригорок и стал расстегивать свой заплечный рюкзак.
— Хе-хе. Как говорил наш начальник штаба в армии: мы здесь полеты летать и учебу учить, а не безобразия хулиганить и водку пьянствовать.
