— Контрразведка меня кое о чем попросила. Без рапортов, по-личному. Знаю там одного еще с Приднестровья. Приехал к ним доложиться. А там чеченец сидит, — рассказывал Слава, помогая Ольге выбраться из бронетранспортера. — Сам он пустышка, посредник, пришел от одного полевого командира. Два дня назад наши случайно тормознули машину, в ней — родственники того командира. Забрали их. Чехи попросили обмен. В подтверждение своих полномочий посредник привез на базу четырех наших пленных. И еще список из семнадцати фамилий. В списке твой сын. Хотят обменять на этих двоих родственников. И самое главное, контрразведчики при мне этот список смотрели! Информация из их кабинета не уходит. Не оказался бы я там в нужный момент… Сейчас постараемся все узнать. Ты жди пока на улице. На вот, подержи… В штаб с заряженным оружием нельзя…
Ольга приняла в руки два тяжелых металлических магазина от автомата, соединенных синей изолентой. Майор пошел в штаб, а она осталась во дворе. Темнело. Рядом с помещением штаба белела огромная гора присыпанных снегом колотых дров. Горел прожектор на стоящем в темном дворе БТР. Перекликались часовые. Подмораживало. От дыхания шел пар.
«Леша жив, — мысленно повторяла Ольга. — Пусть в плену, но не в палатках полевого морга, не где-нибудь на пустыре, припорошенный снежком. Только смерть лишает надежды быть рядом, во всяком случае в этом мире, все остальное неважно и преодолимо, лишь бы жив».
Ей хотелось обнять пришедшего сюда чеченца.
Дверь штаба отворилась, она выдохнула, шагнула вперед, но на ступеньки вышел какой-то незнакомый офицер. Остановившись на ступеньках, он достал сигарету, чиркнул спичкой, осветив в полумраке нижнюю часть лица. Прошло еще несколько томительных минут. Ольга неподвижно постояла у кучи дров, смотря на дверь штаба, а затем засунула магазины с патронами в карман и решительно поднялась по ступенькам.
За дверью дохнуло теплом. В натопленной комнатке дежурного находились какие-то военные; там же, на топчане, прислонившись к стене и прикрыв глаза, сидел небритый чеченец средних лет, одетый в потертую кожаную куртку. «Это посредник», — догадалась Ольга.
Никем не останавливаемая, она пошла по коридору.
— Слушай, майор, на какой хрен ты ее привез?..
— Так она же мать…
— И что, что мать?.. — услышала она голоса за одной из дверей и, ни секунды не колеблясь, вошла в помещение. В комнате сразу замолчали.
Ярко горела лампочка без плафона. Посреди комнаты стоял заваленный какими-то бумагами стол, рядом топчан с лежащим на нем автоматом, на полу электрическая плитка, банка с кипятильником, на газете крупы, чай. На подоконнике несколько пачек патронов. В углу железный сейф. Возле стола стояли Слава и какой-то мужчина в камуфляже без погон. Ольге он показался необыкновенно похожим на актера Тихонова. Породистый нос, гладко выбритый подбородок, умные, много знающие глаза.
— Меня просили подождать, но я не могу. Сил нет, — просто сказала Ольга.
Контрразведчик открыл было рот, но, посмотрев на ее искривленные в вымученной улыбке губы, промолчал и перевел многозначительный взгляд на Славу. Что-то происходило. Еще десять минут назад оживленный и радостный, Слава старался не смотреть на Ольгу. В ярком свете лампочки сейчас хорошо было видно, как грязен его бушлат с меховым воротником, что на шапке темные пятна от солярки, а на подбородке щетина и руки темные от въевшейся грязи. На штанах на колене дырка. И вроде ростом ниже стал. На фоне ухоженного контрразведчика он смотрелся бомжом.
— Вот сам ей и объяснишь. Но без деталей, — веско произнес хозяин кабинета, обращаясь к Славе, говоря о матери в третьем лице, словно ее здесь не было. — Пусть список посмотрит. Может с посредником поговорить. Но это все, что я могу для тебя сделать. Теперь ты мой должник, майор…
В следующую минуту Ольга читала поданный ей список. Шариковой ручкой на школьном тетрадном листке были написаны фамилии и звания семнадцати человек. Офицеры и солдаты, один прапорщик. Седьмым в списке стояло имя рядового Алексея Новикова. Листок дрожал в руках. Ольга ничего не понимала. Леша жив. Но почему тогда так недоволен хозяин кабинета, а у Славы такой злой взгляд?
— Не будут их менять, — выдохнул Слава, когда они вышли в коридор. — Похоже, начальство решило себе звездочки срубить. Уже доложили наверх, что поймали двух известных боевиков, родственников полевого командира Руслана Тагиева. Скорее всего, они уже в Москве. А те семнадцать человек никому не интересны. Не будет обмена.
Когда-то в детстве Ольга читала сказку, в которой люди решили найти дом солнца. Построили лодку и поплыли на запад. Плыли и плыли, а солнце проходило по небу и исчезало в закате на бескрайнем морском горизонте. У нее появилось ощущение, что она сейчас в этой лодке и будет вечно плыть по волнам, видя цель, но не приближаясь к ней ни на шаг.