- Как останется?! Зачем?! А если я в туалет захочу?! – запаниковал обманутый в лучших ожиданиях парень.
- Ну, не маленький уже, должен уметь решать эту проблему самостоятельно. Извини, я спешу.
Хлопнула дверь, дважды провернулся ключ в замке.
- Да пошел ты юзом, ё**ный Айсберг, - обиделся Сашка, добром поминая бригадира Ваныча, заблаговременно пополнившего его словарный запас. - Червей дождевых пучок тебе в жопу, отмороженный на всю голову извращенец…
Саша всхлипнул, вспомнив о незавидной судьбинушке собственной задницы, и сжал ноги, но пока не решался сесть. Немного подумав, он решил, что эту фигню можно и вынуть, а после всех гигиенических процедур вернуть на место. Мысль гениальная, но её воплощение оказалось непростым.
Вытаскивать пробку было страшно, но не слишком сложно. Дальнейшие привычные действия тем более не составили труда. А вот впихнуть эту дрянь обратно… Парень всерьёз задумался над возможностью мухлежа, но засомневался. Всё-таки Альберт не совсем идиот, наверняка по каким-то неведомым признакам определит, что его пытаются обмануть. К тому же, оказалось, слишком трудно решить, что более унизительно, подчинение произволу или неумение стойко принимать все тяготы и лишения. Да и… любопытство взяло верх. Добавив ещё смазки, Санька, задавив в себе приступ паники и выровняв дыхание, осторожно вернул дрянь на место.
Со смазкой он с перепугу немного переборщил, что понял очень быстро, при попытке одеться. Было неприятно склизко, и казалось, что беспрепятственно скользящая внутри дрянь вот-вот выскочит и начнёт неприятное путешествие под одеждой.
Вздохнул, помянул недобрым словом всё властелинское племя и одного конкретного его представителя, в частности. Вынул пробку, помыл её с мылом, смазал заново. И, чувствуя себя уже полным идиотом, кое-как впихнул обратно. Упал на бок и нервно засмеялся, короткими судорожными очередями.
Чтобы не травмировать свою нежную психику, парень решил свести все телодвижения к минимуму. Дискомфорт от партизанской игрушки в собственном тылу ощущался всё меньше, но при ходьбе всё чаще вызывал неопознанные ощущения, задевая становящуюся всё более чувствительной зону простаты. О том, что это именно она, Санька узнал из пространного рекламного поста к той самой штуковине, что теперь гостила в нём. Интернет услужливо предлагал и другие, менее дизайнерские и более ужасающие варианты пыточного инструмента стыдливо именуемого массажёром.
Обидно было то, что обещанное возбуждение действительно явилось непрошеным и нагло поселилось в чреслах, мешая думать, но помогая копить гнев праведный. В то же время, для парня данный опыт стал многообещающим откровением, и добиваться справедливости уже отчётливо желалось строго определённым способом. В воспалённом мозгу мелькали картинки морды лица ошарашенного Альберта, которого непременно нужно было валить прямо на пороге и насиловать, как получится. Эротизму момента мешало только то, что продолжение сцены казалось похожим на нападение похотливой таксы на ногу хозяина и своей комичностью стирало всю сексуальность побуждений, принуждая похихикивать или громко ржать в тишине пустой квартиры.
В тишине. В тишине?! До Саньки начало медленно доходить, что чего-то не хватает. Слишком уж тихо и мирно было в квартире. Никто не таскал с места на место не только метровые властелинские тапки, но и его аккуратные кроссовки. Никто не попрошайничал на кухне, изводя нудными высокомерными взглядами исподлобья. Никто не гонял по коридору гантелю или другой, не менее странный снаряд для игр. Никто не мяучил, запутавшись в свитере свирепого Альберта. Не шуршал картонками в лабиринте коробок. Не выпрыгивал из-за угла, приветственно растопырив когтистые лапы.
Буцик пропал.
Саша суматошно заметался по квартире, проверяя каждый уголок. Он рыскал среди нагромождения вещей и мебели. И звал, звал, звал. Буська не откликался. Несколько раз парень замирал, вслушиваясь в неуютную тишину, безрезультатно. Он и сам уже понимал, что нигде котёнок не прячется, а самым натуральным образом пропал, и теперь надо бежать, искать, спрашивать.
Облазив все прилегающие к дому окрестности, Санька чётко уяснил четыре вещи: первое – дурацкая штуковина в заднице его доконает, второе – властелина он убьёт, третье – любознательного Буцика мог случайно выпустить из квартиры только Альберт, четвёртое – властелина он точно убьёт. Конечно, первую проблему было легко решить, вернувшись в квартиру, но парню казалось, что стоит ему пойти домой, как он упустит шанс найти котёнка.
