Экипаж, увозящий в имение Луговое настоящую Дарью, отъехал от дома и скрылся за поворотом.
***
Громкие звуки электрического звонка, перемежаемого стуком в дверь, раздались в прихожей.
Алексей торопливо прошёл в неё и распахнул двери.
Задевая плечами, косяки, в прихожую ввалился пьяный сын Рунича.
— Арсений Андреевич! — глядя на него во все глаза, ахнула Полина.
— Бог мой, где же он так набрался? — сокрушённо вздохнул Алексей.
— Лёшка! — с порога закричал молодой человек. — Неси карты. Сыграем!
Сбросив на пол пальто и шапку, он бормотал:
— Я проиграю этот вертеп. Мой отец им дрожит, поэтому я буду играть!
— И что дальше?
— Дальше? — Арсений покачнулся и равнодушно махнул рукой. — Мне всё равно, что будет дальше. Я — конченый человек. Издохну, где-нибудь под забором. И наступит конец славного рода Руничей.
Чтобы не упасть, он оперся обеими руками о спинку венского стула. Внезапно, подхватил его за ножки и, ахнул им об пол с такой силой, что стул разлетелся на части.
Алексей и Полина изумлённо смотрели на него. Молодой человек окинул их лица мутным взором.
— Что смотрите? — запинаясь, спросил он. — Пьяных никогда не видели?
— Ради бога, — Полина взяла его за руку. — Угомонись.
— Ну, и сморите. Мне не стыдно!
Полина склонилась к Алексею.
— Позови Леонида. Один ты с ним не справишься.
Алексей обнял юношу за плечи.
— Ты же на ногах не стоишь. Пойдём, я отведу тебя в постель.
— Не хочу, — упрямо мотнув головой, молодой человек отстранился от него.
С укоризной глядя на хозяйского сына, девушка дёрнула Алексея за рукав.
— Иди за Лёней.
Заметив в её глазах осуждение, Арсений злобно оскалился:
— Что смотришь? Смотрит она… — он оглядел себя. — Смотришь до чего я дошёл…
Замолчал на минуту, как будто что-то вспоминая и, вдруг ринулся обратно к входным дверям.
— Куда? — Алексей поймал его за рукав.
— Мне надо уйти. Она не должна меня видеть.
— Никуда ты не пойдёшь!
— Пусти!
Мужчина отступил в сторону.
Сделав пару шагов, Арсений побледнел и как подкошенный рухнул на пол.
Полина вскрикнула. Присела на корточки и тронула его лицо. Юноша был без сознания.
Алексей поспешил на помощь. Бережно подняв хозяйского сына на руки, быстро пошагал на второй этаж.
***
Уже совсем стемнело, а Арсений не возвращался.
Накинув на плечи ажурную, кружевную шаль, Елена, скрывая беспокойство, прохаживалась по гостиной.
Постояла возле топившегося камина, пытаясь унять зябкость в теле, понимая, что тепло огня её не согреет. Нервный озноб пробирал её изнутри.
В гостиную заглянула Полина.
— Дарья Лукинична, вас Андрей Михайлович чай пить зовёт.
Не выдержав, Елена спросила:
— Полина, ты не знаешь, Арсений Андреевич уже вернулся?
— Вернулся, — нехотя ответила девушка и хотела поспешно удалиться в столовую, но
Елена остановила её.
— Ты не договариваешь. Что-то случилось?
Полина увидела, как в глазах барышни плеснулся страх.
— Ах, Дарья Лукинична, лучше вам не знать. Да, вернулся! На бровях.
Елена пыталась придти в себя и осмыслить слова Полины.
— Не понимаю тебя.
— В большом подпитии. Не волнуйтесь, у себя он. Спит.
Увидав, как дрогнули губы Елены и она, без сил, опустилась в кресло, девушка запричитала.
— Глупая, я, глупая. Говорили мне не болтать! Вас из-за молодого барина не расстраивать. И он не хотел, чтобы вы знали. Простите, Дарья Лукинична.
— Что ты, Полина! Перестань, не винись, — остановила её Елена. — Что случилось, то случилось. Всё лучше так, чем неведение и тревога. Слава Богу, он жив и дома.
— Подать чаю сюда?
— Нет. Чай пить мне не хочется.
Девушка удивлённо пожала плечами и удалилась обратно в столовую.
Справившись с волнением и минутной слабостью, Елена подошла к большому, от пола до потолка зеркалу в простенке окон и, машинально, стала приводить себя в порядок. Дотронулась прохладными пальцами до виска, завела за ухо выбившуюся из причёски прядь.
« Что же… теперь, — думала она. — Дело сделано. Надо подумать, как нам быть дальше».
Прошлась по гостиной, провела по крышке рояля ладонью и, глядя в окно, задумалась.
Внезапно почувствовала, как чья-то рука легла ей на талию. Вздрогнув, оглянулась.
Андрей, обняв её, шепнул на ухо:
— Тебе не зачем так волноваться о нём. Я сам…
— Что — сам? — Елена быстро расцепила его руки на талии и отстранилась.
— Считаешь, я слишком строг с ним?
Вздохнув, Андрей сел за рояль и стал наигрывать мелодию модного в этом сезоне романса.
— Думаю, он сам понимает, что поступил неправильно, — уже мягче произнесла девушка.
— Понимает он, — возмущённо хмыкнул Рунич. — Как же!
Елена обернулась к нему.
— Но ведь ты любишь его.
Рунич сжал губы. Пальцы его застыли на клавишах.
— Люблю. У меня нет никого кроме него… и тебя. — Андрей тяжело вздохнул и доверительно продолжил: — Я догадываюсь, отчего Арсений сорвался. Он влюблён в твою сестру.
— Странно, — пробормотала Елена, стараясь скрыть бурю эмоций, овладевших ею. — От Лены я ничего такого не слышала.
— И я понимаю, что он ей безразличен. Сколько раз говорил ему угомониться. «Твоя влюблённость — ошибка. Это неправильно!» Поверь, Даша, мне необыкновенно трудно говорить с ним. Тем более на эту тему.
