Выйдя из парадных дверей гостиницы, взмахом руки, Арсений подозвал извозчика, сел в пролётку и поехал в сторону Аптекарского острова.
***
Андрей погрузился в предсвадебную суету.
Нужно было всё купить, согласовать воскресный день для венчания в храме, узнать у священника, когда жениху и невесте придти на исповедь, сделать приглашения самым близким приятелям, обсудить с поваром меню свадебного обеда, купить кольца, фату и всевозможную мелочь для наряда невесты.
В прихожей, на высоком, лакированном столике для почты, посреди газет — множество визиток и открыток с поздравлениями и пожеланиями, на которые просто необходимо было ответить.
Тут же были милые записки с цветами для невесты, которую, иногда, посетители «Дюссо» могли видеть и, восхищаться её свежестью и красотой.
Записки Рунич рвал, цветы отдавал Катерине и Полине.
Маленькая комнатка, где жили девушки, благоухала ароматами изысканных цветов, чем вызывала тайную зависть горничных и прислуги.
В предсвадебной суете, Андрей замечал и душевные терзания сына. Но сердце его окаменело. В нем жили лишь презрение и безразличие.
Его сын посмел стать его соперником в любви! Этого Рунич простить ему не мог.
К тому же его обожаемая Даша отзывалась об Арсении с большой теплотой и доверием, а ему была лишь благодарна и сдержанно холодна.
Одно утешало Андрея Михайловича. Как это было ни странно, но сын, постоянно находящейся в доме, не искал встреч с Дашей. Наоборот. Было заметно, что он избегает её.
Дни сын проводил в своей комнате. По словам Катерины, он лежал на кровати и неотрывно смотрел в потолок.
***
Из полусна его вывело чьё-то присутствие в комнате. Подумав, что это Катерина или Полина, не поворачивая голову, раздражённо бросил:
— Я не нуждаюсь ни в чьей помощи.
— Это я, — прошелестел, лёгкий, как ветерок, голос от которого он вздрогнул и обернулся.
В дверях стояла Елена. Смутившись своего вида, стал поспешно натягивать на себя рубашку.
— Я опасаюсь Андрея, — тихо говорила она. — Заходила к тебе вчера, а тебя не было. Полина сказала, ты ушёл. Ты был в издательстве?
— Не было никаких дел в издательстве и как видно больше не будет.
— Почему? — прекрасные глаза Елены удивлённо смотрели на него.
— Писатель и поэт Арсений Рунич, закончился. — Остановил он, было открывшую рот, девушку. — Не спрашивай ни о чём, Лена.
— Хорошо, — робко согласилась она. — Если ты не хочешь рассказать, то не надо.
— Ты же, не хочешь рассказать мне правду, почему согласилась на этот брак, — хриплым голосом спросил он и с укором посмотрел на неё. — Скажи просто, что разлюбила меня и выбрала его.
— Что ты подумал? — вспыхнула Елена. — Нет!
— Почему же ты согласилась?
— Другого выхода нет. Мы должны сохранить имущество Анны.
Недоумение зажглось в глазах Арсения. Удивлённо вскинув брови, спросил:
— Не понимаю, о каком имуществе идёт речь?
— О векселях на имущество Василия Ушакова, которое, по праву, принадлежат Анне и её будущим детям. Андрей Михайлович обещал не трогать их.
— В обмен на то, что Даша выйдет за него замуж? — догадался он.
— Именно так.
— Узнаю садистскую философию «Великого Рунича»! — презрение сквозило в его словах. — И ты веришь, что он выполнит своё обещание?
— Верю.
— Он выполнит, обязательно выполнит, — яростно прорычал Арсений, сжимая кулаки. — Когда овладеет тобой как женщиной! По счетам и долгам отец платит исправно. Разве то, что он потребовал от твоей сестры взамен на векселя, не доказывает, что он лжёт? — на её немой вопрос, добавил: — Я знаю своего отца.
— Арсений, умоляю, прекратим этот спор.
Елена шагнула к двери.
— Лена!
Она остановилась.
— Прошу, обещай, не делать необдуманных шагов и не торопиться с решением. Не слушай отца! Мне больше ничего не нужно, — он склонился к её лицу и поцеловал в краешек губ. — Обещай мне, Леночка.
Уловив от него запах спиртного, Елена, с брезгливостью, отшатнулась.
— Арсений, ты выпил? — её тёмные брови нахмурились.
— Зачем мне беречь себя, если тебя не будет рядом?! — закричал он. — Пусть моя жизнь сгорит в аду!
— Я не хотела, чтобы так случилось, — её голос задрожал.
— Подожди! — он схватил её за руку. — Хочу запомнить тебя. — Не отрываясь, он пристально вглядывался в её лицо, как будто хотел вобрать её образ в себя. — Ещё одна минута рядом с тобой, любимая. Ещё одна.
Елена не могла больше этого выдержать и, вырвав из его рук свою ладонь, выбежала из комнаты.
***
Маргарита Львовна и Ксения ожидали к обеду с визитом Глеба Александровича в качестве официального жениха.
Посмотрев на притихшую дочь, госпожа Карницкая спросила:
— Ты, правда, хочешь выйти замуж за Измайлова?
Ксения, на секунду, опешила от неожиданного вопроса, но справившись с собой, спокойно ответила:
— Мои надежды на лучшую жизнь связаны с ним.
Маргарита усмехнулась и, обмахиваясь веером, продолжила:
— Дитя моё, одно дело — муж, но я говорю о любви.
— Моя любовь к Арсению, так и не начавшись, исчерпала себя, — задумчиво произнесла девушка. — Потому что оказалась без взаимности.
— И насколько сильно ты любишь своего будущего мужа?
