— Мне трудно об этом судить, мама. Арсений — одно. Глеб — совсем иное. С ним я чувствую себя увереннее, а с Арсением. — Ксения замолчала и, покраснев, отвернулась от матери.
— С ним ты чувствовала себя счастливой. Верно?
— Теперь это не имеет значения.
— А тебе не больно, дочка, что свою любовь он отдал другой?
— Мама! — Ксения с укором смотрела на мать.
— Этой наглой кокотке, — возмущённо продолжала, не слушая дочь, Маргарита Львовна. — Содержанке Рунича. Адель говорила, что она красива, мила и обаятельная. Андрей в ней души не чает. Скажу тебе по секрету, — она склонилась к уху дочери и зашептала. — Арсений хочет уехать с ней из страны. Если ему удастся осуществить задуманное, ты его больше не увидишь.
— Уехать? — удивилась Ксения. — А откуда у него деньги?
— Он же издаёт книги, — спохватилась Маргарита Львовна. — Кстати, пишет он не дурно. Читала? Если Глеба опасаешься, можешь у меня прочесть. Понимаю, замучает ревностью. Книга в спальне. — Она похлопала дочь по руке. — Не знаю, как он сможет увезти её из-под носа отца. Адель говорила, эта дрань симпатизирует ему больше чем самому Руничу.
— Вот как, — губы девушки дрогнули.
— Не думай о нём больше. — Обеспокоенно произнесла Карницкая, увидев, как изменилась в лице дочь. — Он совершенно не тот, каким ты его себе вообразила. Он такой, каким был всегда. Распущенный и циничный мальчишка. — Обмахиваясь веером, она возмущенно продолжала. — Вообрази, при всей своей бешеной страсти к этой парвеню, он возобновил отношения с Адель и эта дурочка на седьмом небе от счастья! Одно её огорчает. Арсений, забывая себя, сильно пьёт.
— Нет! — Ксения испуганно схватилась за сердце.
Она встала и отошла к окну, спрятав от матери лицо. На нём отразились огорчение и растерянность. Совладав с чувствами, произнесла:
— Это я виновата. Оттолкнула. Оставила его одного.
— Не занимайся самобичеванием, моя дорогая, — заметила Маргарита Львовна— Ослеплённая любовью, ты просто ничего не замечала. Он всегда был таким.
— Мама!
— Не всё равно, дочка, какой он? Ты полюбила другого мужчину, замуж за него собралась. Арсений встретил другую женщину. И теперь, из-за неё, у него неприятности. Как ни больно тебе это слышать, он сходит с ума по ней, а для тебя он — приятные воспоминания из юности. У кого их не было.
— Я хотела бы увидеться с ним.
Ксения замолчала на полуслове, так как в гостиную, с букетом роз, вошёл Глеб Александрович.
После обеда, Маргарита Львовна оставила дочь с женихом побыть наедине.
— Ксения, как же всё становиться бессмысленно рядом с тобой, — Глеб Александрович коснулся губами щеки девушки.- Как я люблю тебя! Твоя благосклонность важна для меня. Она даёт надежду.
Девушка печально улыбнулась ему в ответ. Он попытался обнять её.
— Давай назначим день нашей свадьбы.
Ксения высвободилась из его объятий.
— Не торопись.
— Почему?
— Нам надо немного подождать.
— Не вижу причин откладывать венчание.
— Причина есть. Очень важная для меня. — Ксения собралась с духом и призналась. — Сейчас трудный момент жизни у одного человека, который мне дорог. И мой долг помочь ему.
— Кому?
— Арсению Руничу.
— Что? — услышав это имя, Глеб Александрович напрягся. — Какое тебе дело до этого господина?
— Очень большое. Арсений, как и мы, хочет изменить свою жизнь. Он любит. Ты должен знать, что это такое.
— Свет, счастье, радость, наваждение! — воскликнул Измайлов, с обожанием глядя на девушку.
— Ещё боль и мука. Именно это сейчас происходит с ним. Потому что соперник — его отец, которого, он, несмотря ни на что, тоже любит. Ты можешь себе это представить, Глеб?
— Нет. — Честно признался он. — Но, поверь, он это заслужил! Сейчас этот сумасброд платит по счетам. Ксения, не жалей его.
— А ты жесток, — нахмурилась девушка. — Не думала, что ты можешь быть таким равнодушным к чужой беде. Арсений не такой.
— Да, мы разные. — Гордо вскинул голову Измайлов. — Не ищи его во мне.
— Ты обиделся? — встревожилась она.
— Мне неприятно, когда ты говоришь об этом господине.
Ксения покраснела и упрямо повторила:
— Глеб, я не готова назначить дату нашей свадьбы.
Услышав металлические нотки в её голосе, Измайлов спохватился.
— Ксения, любимая. Мы поженимся тогда, когда ты решишь сама.
Он погладил по её склонённой голове.
— Спасибо. Я знала, что ты поймёшь меня.
***
Арсений спустился в зал ресторана. Подойдя к буфетной стойке, оперся локтями об неё и, уронил голову на руки.
Завсегдатаи ресторана и казино, украдкой посматривая на хозяйского сына, перешёптывались между собой.
Каждый вечер он появлялся в зале, с осунувшимся лицом и воспаленными глазами. Взъерошенный, небрежно одетый, он ни чем не напоминал элегантного, красивого и остроумного юношу, который так недавно привлекал внимание посетителей заведения.
Он садился за дальний столик, ни с кем не разговаривал, не следил за игрой. К концу ночи засыпал прямо за столом. Было очевидно, что с юношей что-то происходит и, он стремительно скатывается по наклонной.
У многих посетителей это вызывало недоумение и сожаление. И только господин Рунич относился ко всему с равнодушным спокойствием.
