— Да уж, я помню. Стоило ли так настаивать на казни Грача, если ты лично велел караульным пропустить его в Город?
— Стоило. У нас был уговор: я даю ему возможность — он отвечает за все последствия. Если бы вовремя скрылся с места, пожил бы еще, а так я обязан был отреагировать.
— Мне до сих пор непонятно, почему ты сам не мог разобраться с Нактусом.
— Деятельность Нактуса прикрывали серьезные люди, многие из которых до сих пор занимают высокие должности в Штабе. Его грибной бизнес приносил им хороший доход, так что вступать с ним в прямой конфликт было достаточно рискованно. — Гюрза скривился. — К тому же он был гвардейцем, и арестовать его официально означало бы признать всю ту грязь, что лилась на нас рекой после участившихся случаев передозировки. Мне хотелось сохранить его имя незапятнанным — не ради него самого, а ради нашего подразделения.
— Поэтому ты решил пожертвовать именем Грача.
— Говоришь так, словно я подставил невинную овечку. Брось, Крайт. Грач был уголовником, и к моменту казни у него не оставалось никого, кто переживал бы о нем.
— Ладно, уже поздно. — Крайт со вздохом оглянулся на горящие огни Альфы. — Давай поскорее доделаем здесь все дела.
Софора все же изобрела лекарство для видящих. Узнав об этом, Гюрза надолго застыл на своем диване, размышляя. Столь важное открытие просто не могло однажды не всплыть в массах, даже если бы он попытался запретить о нем говорить. Значит, оставалось лишь подстраиваться под ситуацию.
— Ты огромная молодец, Софора. Теперь мы будем готовы, если среди нас вдруг появится еще один видящий. Надеюсь, ты не держишь на меня зла за ситуацию двухмесячной давности. Под угрозой были жизни людей, и от меня требовали результатов, хотя это, конечно, меня не оправдывает. На самом деле я очень ценю твой вклад в наше развитие и благодарю тебя за все старания.
Отпустив глубоко удивленную его словами Софору, Гюрза взял в руки бумагу и карандаш. Нарисовал точку, после чего мелкими корявыми буквами подписал ее именем Мак. Что же предпримет своенравная разведчица, узнав радостную новость? Разумеется, соберет отряд и отправится на поиски сестры. Он начеркал несколько линий, ведущих от ее имени вниз. Отряд этот может погибнуть в пути, не достигнув цели, — не слишком радостный вариант, бессмысленная потеря человеческого ресурса и отсутствие всяких выводов, касающихся видящей, что через время обязательно приведет к повторной попытке. Еще он может не найти ее и вернуться в целости — слишком хорошо, чтобы быть правдой. Скат спокойно жил среди мозгоедов, а значит, и Ванда наверняка ошивается где-то поблизости. Гюрза ненадолго отвлекся, чтобы почесать за ухом, после чего вновь склонился над столом. Последняя запись, которую он сделал, гласила, что Мак все же отыщет сестру, и от нее вновь нужно было нарисовать несколько ответвлений. Допустим, лекарство не подействует, и видящая по случайности прикончит кого-то из разведчиков — не самый худший вариант, если предположить, что уцелевшие благополучно вернутся домой и доложат в Штаб о случившемся. На этом будет поставлена жирная точка в безрассудных экспериментах научного отдела. Гораздо хуже, если лекарство не подействует, но видящая оставит сестру и ее отряд в живых. Тогда опять встанет вопрос о гуманности ее умерщвления, опять сомнения расколют Штаб, и опять Гюрзе придется доказывать, что люди должны беспокоиться в первую очередь о людях, а не о проклятых мутантах. Еще видящая могла уничтожить всех. Этот вариант фактически был равноценен гибели отряда в пути — никакой выгоды из него, увы, исключить не получалось. И, наконец, последнее ответвление. Лекарство подействует.
Вздохнув, Гюрза поднялся с дивана и выглянул в коридор.
— Вызовите ко мне Мак.
Она явилась через два часа. Заняла центр кабинета, вытянулась по струнке и устремила холодные карие глаза чуть левее его плеча.
— Вы хотели меня видеть, майор.
— Да, присаживайся.
— Спасибо, я постою.
— Как угодно. Тебе уже известно об успехе Софоры?
— Да, она сообщила мне сразу после того, как доложила обо всем вам.
— Доложила, как же… — почти неслышно промычал Гюрза, мельком поглядывая на исписанный лист бумаги, который до сих пор держал в руке. — Извини, это я о своем. Наверное, ты очень счастлива?
Ледяной взгляд Мак подскочил до уровня его лица и врезался в него, точно сабля.
— Вы собираетесь запретить мне искать сестру?
— Вовсе нет. Напротив, я хочу подчеркнуть, что одобряю эту вылазку и обязательно порекомендую тебя человеку, которого назначу руководителем отряда.
— Благодарю вас, — ничуть не растаяв, произнесла девушка. — Разрешите идти? Я давно не виделась с отцом из-за того, что ему запрещено покидать Альфу, и хочу воспользоваться случаем.
— Конечно.