— Ошибаешься, он как раз пытался остановить переворот. — Йора послушно поднялся на ноги, когда удивленный столь скорым вызовом конвоир вновь открыл дверь. — Ты собственными руками уничтожил последнюю стену, защищавшую тебя от притесненных, озлобленных разведчиков, и теперь тебе следует почаще оглядываться по сторонам, а лучше вообще лишний раз не высовываться с Альфы. Ведь люди, как ты знаешь не понаслышке, довольно злопамятные создания.
Его увели, и Гюрза остался один. Ему не хватало воздуха — этот неприятный симптом появился в его жизни совсем недавно и теперь не оставлял его ни на день, хотя раньше ничего подобного с ним не случалось. Он запрокинул голову и вдохнул так глубоко, что в груди протестующе заныли легкие, но лучше от этого не стало. Ему совершенно не хотелось выходить на улицу и возвращаться к работе, хотя дел было еще много. Он даже допустил мысль просидеть в этой маленькой коморке до самого вечера, однако очень скоро стало ясно, что никто ему этого не позволит. Через маленькое отверстие под потолком в помещение вместе с ветром влетел уже ищущий его голос капитана Тритона.
— Что случилось?
— У нас проблемы. — Пытаясь перевести дыхание, Тритон привалился к стене пристройки. — Кто-то слил информацию, что помимо черепно-мозговой травмы, послужившей причиной смерти, у Крайта была прострелена рука. Габронат уже подал заявление на расследование, но это только полбеды.
— Что еще?
— Десять минут назад с дозорной башни заметили около двадцати вооруженных разведчиков. Думаю, на Бете узнали о сегодняшней казни.
— Вооруженных? — медленно повторил Гюрза.
— Да. Они скоро будут здесь.
Выдержав паузу, Тритон продолжил докладывать обстановку, однако назойливый шум в ушах мешал Гюрзе слушать. Он заторможенно, незряче оглянулся. Строительство второго ряда стен вокруг нового жилого квартала еще не было завершено — захватить внешнюю территорию Альфы не составит разведчикам труда. И что тогда? Что дальше?
— Прикажи дозорному стрелять.
— … если они согласятся… а? — Тритон запнулся, не закончив мысль. — Что?
— Пусть ранит двоих-троих, и они повернут назад.
— Гюрза, но это же… наши люди.
— Наши? — процедил он, моментально становясь пунцовым, хотя еще секунду назад на лице его не было ни единой эмоции. — Наши, ты сказал?! Они взяли оружие и готовятся осадить Альфу! Готовятся освободить осужденных Штабом преступников, готовятся силой прогнуть нас под свои условия, и ты называешь их «нашими»?!
— Мы не знаем точно, какие у них намерения. Сейчас нужно все хорошенько обдумать. — Тритон покосился по сторонам и продолжил чуть тише: — Если мы первыми откроем стрельбу, от нас многие отвернутся.
— Ты тоже собираешься оспаривать мои приказы?!
Ледяные тиски страха вновь сдавили грудь Гюрзы, совсем как несколько дней назад, когда Крайт впервые отказался поддержать его. Он попытался избавиться от них криком, но чем громче звучал его голос, чем злее становилось лицо, тем глубже проникали в него эти отвратительные щупальцы паники. Тритон смотрел на него отстраненно и потерянно — его друг, его первый заместитель и верная опора с самых младших званий, но даже он теперь сомневался в нем! Почему так произошло? В чем заключалась ошибка, ведь Гюрзе искренне казалось, что он все делал правильно!
— Никак нет, майор, я просто предлагаю рассмотреть и другие варианты. Давайте попробуем провести переговоры? Насколько мне известно, один из старших разведчиков до сих пор служит на Альфе. Вернее, одна. — Тритон перешел на официальный тон. Так он обращался к нему лишь на людях, и то не всегда, а сейчас рядом и подавно никого не было. Гюрза поморщился, после чего слабо, но утвердительно кивнул, разрешая ему продолжать. — Мы попросим сержанта Нертеру присоединиться к нам. На Бете хорошо знают и уважают ее.
Судя по мрачному выражению лица и вялому голосу, Тритон уже не верил, что к нему прислушаются. Он был готов к поражению, и все равно предпринял эту безнадежную попытку переубедить, найти компромисс. Гюрза дернулся, точно от боли: перед его глазами вновь промелькнул заляпанный кровью дверной косяк, о который виском ударился не ожидавший выстрела в спину Крайт. Он теперь часто видел его в самых разных местах и при самых разных обстоятельствах, что ненавидел даже сильнее, чем прочно закрепившуюся в его жизни отдышку. Крайт погиб, однако проблема разрозненности никуда не делась, напротив, она резко усугубилась, ставя теперь под сомнение все его решения и приказы.
— Хорошо. Попробуем так, как ты сказал.
Тритон оживленно вскинул голову и, признательно кивнув, бегом бросился собирать делегацию. Последней к ней присоединилась высокая девушка в темно-зеленой униформе, со спины напоминающая мужчину своей короткой, почти под ноль, стрижкой. Тритон коротко переговорил с ней, раздал указания гвардейцам и лишь тогда вернулся к Гюрзе.
— Мы готовы.