Ну Дуглас! Ну… Эх, так и хочется выругаться нецензурно. Впервые встречаю такого мерзавца, у которого в душе не осталось ничего святого. Да полно, осталась ли у него вообще эта душа? Одна гниль внутри и мертвечина. Верно говорят, от осинки не родятся апельсинки. Дуглас вырос истинным сыном своей матери-ведьмы, которая долгие годы держала всю округу в страхе.
— Спасибо, это очень щедрое предложение, — без тени улыбки проговорил Джестер.
— Так вы согласны? — Дуглас радостно ухмыльнулся. — Тогда заканчивайте это показное судилище. Освободите меня и Рейма. Не беспокойтесь, вам пачкать руки не придется. Мы сами отволочем Терезу в подвал. Делов-то: толкнуть ее на сокровища. Даже Петера будить не придется. Смысл? Вряд ли он помнит что-нибудь из случившегося. А когда очнется: примите и распишитесь за тело супруги, которую убил в приступе безумия. И пусть попробует доказать, что все не так было.
— Отличный план, — согласился с ним Джестер.
А вот теперь я заволновалась всерьез.
В отличие от Дугласа Трея главный инквизитор легко скрывал свои эмоции. Поэтому я при всем желании не могла разгадать: шутит ли он и издевается над доверчивым преступником или же на самом деле задумался о легком способе обогащения?
В конце концов, мое будущее все равно неприглядно. Блокировать мой магический дар невозможно. Точнее, возможно, но после этого я превращусь в слюнявую идиотку, как это сказал Джестер. Значит, мне дорога одна — в тюрьму до скончания дней своих. А следовательно, что мешает Джестеру улучшить свое финансовое благополучие за мой счет? Все равно я уже потеряна для общества.
— Вы что, с ума сошли? — вырвалось у меня гневное.
И только сейчас я осознала, что чары инквизитора, которые прежде не давали мне говорить, исчезли.
— Только посмейте! — Я вскочила на ноги и на всякий случай отбежала подальше, встав так, чтобы между мной и остальными оказалось крепкое дубовое кресло. — Я буду драться!
Запнулась, осознав, насколько смешно это прозвучало.
Да уж, я не Джеки Чан, чтобы справиться сразу с тремя противниками. Предположим, Рейм мне не соперник. Дворецкий настолько дряхлый, что мне не составит особого труда одолеть его. Пусть и не принято бить стариков, но ради спасения собственной жизни я на это пойду.
Дуглас… С моим горе-папашей, конечно, дело обстоит иначе. Пусть он и страдает от лишнего веса, но весьма крепок и силен. Но я все равно обречена, если против меня выступит Джестер. С инквизитором я точно не справлюсь. Ему даже делать ничего не надо. Опять щелкнет пальцами — и буду я глупо хлопать глазами, не в силах пошевелиться, всю недолгую дорогу до подвала. А куда скорее — сама послушно отправлюсь прямиком к проклятым драгоценностям. Называется, почувствуй себя агнцем на заклание.
По всей видимости, все те же мысли промелькнули в голове и у Дугласа. Он выжидающе посмотрел на инквизитора, который отрешенно наблюдал за моими метаниями, и протянул:
— Ну? Приступайте, господин Курц.
— Джестер, только посмей! — пролепетала я, ощутив, как от ужаса мельчайшие волоски на моем теле встают дыбом. — Клянусь, что превращусь в самого зловредного из всех призраков и привяжусь к тебе намертво, являясь каждую ночь в кошмарах! Я буду не я, но отомщу тебе даже из другого мира!
Дуглас изумленно дернул бровью, видимо, заметив, что я фамильярно обращаюсь к инквизитору на «ты».
— Какая ужасная угроза, — мягко протянул Джестер. — Я весь трепещу.
Шагнул ко мне — и я попятилась. Впрочем, каким-то чудом почти сразу остановилась, собрав в кулак всю свою решимость и отвагу. С вызовом вздернула подбородок, уставившись в непроницаемые глаза инквизитора.
На дне его зрачков прыгали искорки затаенного смеха. Он украдкой подмигнул мне, и я немного расслабилась.
Но что он задумал?
Ответа на этот вопрос долго ждать не пришлось. Джестер вдруг резко развернулся к Дугласу и небрежно стряхнул с пальцев веер разноцветных магических огоньков.
— Что за… — удивленно протянул Дуглас, но завершить фразу не успел. Один из огоньков в этот момент впился ему в переносицу — и мужчина откинулся на спинку кресла. Его тело безвольно ослабло до такой степени, что он сполз до опасного предела, чуть не рухнув на пол.
— И вы отдохните, — посоветовал Джестер Рейму.
Старик послушно склонил голову, когда вихрь заклятия достиг его. Медленно и безропотно опустился прямо на пол, замерев без движения.
Инквизитор обернулся ко мне. Хищно усмехнулся и не сказал даже — пропел:
— Ну а теперь займемся тобой.
Я жалобно скуксилась.
Эх, сдается, меня ожидает новый виток допроса. И на сей раз куда более серьезный, чем был до этого.
Это была очень, очень долгая ночь, до предела насыщенная событиями. По-моему, у меня окончательно сбился распорядок дня. В темное время суток бегаю, выясняю что-то, и только днем мне дозволяется немного перевести дыхание перед новыми приключениями.
