Мы пошли гулять в парк в выходные поздним днем. Уже настала почти зима, было холодно, везде лежал тонкий снег. Яна была бледная, молчаливая и колючая. Она говорила вопросы, но не слушала ответы. Я спросила, как ее дела – она проигнорировала. Делами отделаться было нельзя. Мы пошли к ней в гости; стал происходить разговор о нашей дружбе.
Яна сказала:
– Ты не пишешь мне, если я не пишу первая.
– Я просто не знаю, что тебе сказать.
– Говори, что думаешь.
– Я думаю об учебе, ты не поймешь.
Яна сказала:
– Но ведь есть не только учеба, есть еще твои подруги. Я, например.
– Ну да.
– Тебя не волнует, что со мной происходит?
– Волнует. Но всё ведь нормально.
Яна сказала:
– Ненормально!
Я сказала:
– Меня скоро исключат из универа, а ты даже слушать об этом не хочешь.
– Поверь, университет – не самое трудное, что с тобой случится.
– Но мне тяжело сейчас, а ты обесцениваешь мои проблемы.
– Ну а зачем ты учишься? Уходи!
Это было ударом ниже пояса. Я не знала, что буду делать с жизнью, если университета не будет. И я до дрожи боялась. И Яна сказала мне:
– Иногда нужно вовремя уйти, хоть это и непросто.
И я сказала Яне:
– Почему тогда ты не ушла от Жени и дождалась, пока она бросит тебя?
Это была ошибка. Яна молча развернулась и ушла в другую комнату. Догонять ее было опасно для жизни и самооценки. Она злилась очень. Женя была настойчива в начале их отношений, а Яна только соглашалась и сомневалась. Она делилась со мной своими неуверенностями и в решающий момент хотела отказаться, чтобы не смешивать рабочее и личное, но не смогла. Яна привязывалась к Жене постепенно, она была робким животным. Интерес Жени, наоборот, со временем угасал, она была стремительной птицей. И Яна чувствовала, как их отношения рушатся, уже где-то год чувствовала. Но, конечно, ничего не делала, а просто ждала и дождалась. По крайней мере, так казалось мне со стороны. Такими и бывают первые отношения.
Яна не выходила из комнаты, и я решилась зайти. Яна сказала:
– Уходи, пожалуйста, и больше никогда не возвращайся.
От Яны я выбежала, заплакала в лифте, разбила зеркало слезами. У Яны не было сердца. У меня, наверное, тоже.
Ссора с Яной подействовала на меня удивительным образом – я взяла себя в руки и отправилась исправлять оценки. Некоторые преподаватели смотрели на меня с недовольством, другие жалели. В итоге за две недели я сдала достаточно экзаменов, чтобы меня не отчислили. Оставался только один предмет, и я бы точно вышла из зоны риска.
Эти успехи и похвала научной руководительницы меня приободрили. Я написала Яне извинения, но она не ответила. Я злилась сильно: почему она не отвечает, почему поступает так, как могла бы поступить Женя. Мы обе были не правы в нашей ссоре.
В те дни выпал ужасный снег, месячные осадки за одну ночь. Это всё глобальное потепление. Я не хотела выходить из дома, но еды не было. Яна однажды сказала, что не может заказывать доставку из этических принципов, и с тех пор я тоже не могла. Пришлось идти в магазин.
В магазине мне ничего не хотелось. Овощи были вялыми, зелень гнилой. И в то же время магазин уменьшал мою тревогу – я бродила вдоль полок и ни о чем не думала. А потом поняла, что мне нужно сделать, и поехала к дому Яны.
Я пробиралась сквозь нагатинские сугробы и наконец оказалась во дворе. Стала караулить Яну у подъезда, она как раз должна была вернуться. Изо рта шел парок, пальцы на ногах замерзли, но я не унывала. Яна пришла довольно скоро, заметила меня и только сказала:
– Ну пойдем.
И мы пошли к ней в гости. Нашу ссору мы проигнорировали, сделали вид, что ее не было. Иногда забывать обиды полезно для дружбы. Мы сидели, пили чай и рассказывали друг другу последние новости. Яна начала первая.
– Я всё время каталась на автобусах по городу, чтобы оказаться подальше от своих мыслей и от затона. И всё думала и думала о Жене. Иногда Женя критиковала мои идеи на работе на общих собраниях. Однажды я узнала от коллеги, что работаю в компании, чтобы закрыть квоту на молодых специалистов – так им сказала Женя. Это было неправдой – меня взяли на работу, потому что я крутая экспертка. Я спросила у Жени, почему она так сказала. Она ответила, что это правда. В венах Жени течет не кровь живого человека, а руда. Зато золотая, никакая иначе. Я люблю Женю.
В тот день я не знала, куда мне поехать, и поехала к старой работе. Это была суббота, так что все отдыхали. Женя могла быть там, но это вряд ли. Говорили, что у нее появился новый романтический интерес – интрига с молодым мужчиной. У нас почти все друг друга шапочно знают, а Женю знали все без исключения, она была легенда и звезда. На самом деле она просто умела использовать людей. Я мечтала быть как она, тоже научиться использовать людей. Она, когда я поделилась своей мечтой, сказала, что я для этого, во-первых, слишком деревянная, а во-вторых, ужасно талантливая. Первое я пропустила, мысль о втором меня захватила.