В итоге тут оставалось трое из одиннадцати. Один убит мной, второй будет убит красноволосой, уже отчиталась, что займётся этим. Шестеро решили сложить полномочия, притом что как минимум один из них мог послужить, нормально послужить городу. Ну да ладно. Если он не хотел, испугался, то дальше бы точно сдался.
— Спасибо вам за то, что не струсили, — посмотрел я на эту троицу.
— Сразу понял, что вопрос с подвохом, — усмехнулся одноглазый. — И решил: если подыхать, то с высоко поднятой головой. Но оказалось всё куда… интереснее. Ведь Лукаса за воровство, да?
— За него самое, — кивнул я. — Утром его дом будет обыскан целиком, а всё сколько-то ценное будет передано городу. К слову… считайте, что вы больше не автономная часть Спарты. Теперь вы полноценная часть. Больше никакой самостоятельности после… произошедшего.
— Мы эту тему на Совете поднимали несколько раз, — продолжал держаться за низ грудной клетки Перикл, ветеран, сотник, если быть точнее. — Но то наша половина боялась это обсуждать, то вообще голосовали против, боясь идти против второй половины. Из-за этой автономии у нас официально и были связаны руки. И да… я, пытаясь доставить сообщение окольными путями, потерял примерно человек двадцать. Больше своими людьми рисковать не хотел. Хватило. И так много семей лишилось своих мужей и отцов.
Про этот нюанс я и не знал. Никто не сообщал. Но, сто процентов, у Перикла есть какие-нибудь железные доказательства сказанного. Плюс, по нему видно, что он не хочет врать. Да и не смог бы он скрыть ложь, слишком прямолинейный мужик.
— Но этот вопрос уже решён, молодые люди, — посмотрел на каждого из нас по очереди Архей. — Вы явно хотели поговорить о том, что будет.
— Да, — кивнул я. — Пока обсудите свои возможности по защите города, а я спущусь и подниму ваших людей на ноги… а то не дело. Мы тут общаемся, а они лежат и землю с камнем целуют.
Спустившись, я начал раз за разом применять свои способности. Всех поднять быстро не удалось, пришлось некоторым на лицо выливать воду из бурдюка, но через десяток минут все воины вновь стояли на ногах. И их взгляды… я никогда не видел такую смесь страха и восхищения. Наверное, не видел. А сейчас, наверное, я стану их кумиром. Но в любом случае они оказались на ногах, построились и отгородили вход в храм Ареса.
Дальше шло обсуждение того, что они могут сделать для города. Я сразу дал им понять, какое именно подкрепление может прийти, они тут же предложили, как организовать… правильное их прибытие. Их даже можно было выставить эдакими миротворцами: мол, пытались договориться раньше и всё такое.
Потом я им показал примерный план действий во время битвы за город, которая, судя по тому, что было видно, уже медленно начиналась. Было несколько планов: на самый лучший исход, нейтральный и самый плохой. Какой вариант может наступить… я не решался сказать. Кайлана так и не смогла назвать точную цифру воинов противника. От десяти до двадцати пяти тысяч. Огромные цифры… но что поделать.
Обсуждать долго мы просто не могли. Время поджимало. Но смогли определить план действий. За ними работа с населением, распространение слухов, в том числе через своих бойцов. Решили, куда именно они будут распределены, что именно они будут говорить.
Дальше на всякий случай подсчитали с ними, кто именно из горожан сможет в случае чего под руководством или Дамокла, или Перикла вступить в бой. Этот момент проговаривали специально отдельно. Если стражники и наёмники не будут справляться, но мы будем знать, что враг вот-вот начнёт сдавать позиции… то они подойдут, оставят оборонительные рубежи в городе.
Если же нет… то они будут там стоять насмерть, чтобы жители смогли начать уходить на запад, в Фею. К слову… жаль, что оттуда мы не можем вызвать подкрепление даже в виде корабельной пехоты. Если Рим ударит… то запад может оказаться открыт. Нельзя этого допускать.
— Чёртова игра двух зол, — проговорил я тогда в тот момент, из-за чего на меня с пониманием посмотрел Архей. — Вашим людям, которые смогут так же отступать, придётся сдерживать боями врага. И, скорее всего, добровольцы погибнут почти все при самом плохом стечении обстоятельств, а Олимпия гарантированно падёт.
— Это мы понимаем, — кивнул Дамокл. — Но куда деваться. Если потребуется умереть… то настоящий спартанец должен это сделать с мечом или копьём в руке! Хоу!
Я улыбнулся и ударил себя в грудь кулаком. Даже если они ветераны, то они не забыли того, что ими двигало. Ответственность. Если бойцы, мужи не смогут защитить свой дом… то для чего они ещё нужны во время войны? Ведь если они это не смогут сделать, то уже другие люди будут возделывать их поля и жить с их жёнами… или жён заставлять их жить. Если вообще жить.
— Вот это зарево, — вытянул голову, словно жираф из Африки, Перикл. — Похоже… твари начали наступать.
